Книга Твоя невеста – смерть, страница 53 – Марина Серова

Выпроводив Виолетту, я задумалась над ее словами. Конечно, дамочка весьма странная. Но… Вдруг она говорит правду? Не мешало бы проверить факты. Где пропадал Сретенский несколько дней? И что на самом деле стоит за этой историей с влюбленностью в Курилова? Нужно бы выслушать версию самого Сретенского, понаблюдать за его реакцией… К тому же, по словам Виолетты, он сейчас дома.

* * *

Сретенский действительно был дома. И был весьма тепленьким. Пьяно пошатываясь, он открыл дверь и уставился на меня блестящими глазами. Он не сразу узнал меня, а когда все же до него дошло, кто стоит перед ним, то, пожав плечами, молча пригласил пройти внутрь.

Я прошла в уже знакомую мне квартиру и увидела явные признаки загула. Стол, стоящий посреди комнаты, был заставлен грязной посудой с остатками пищи, завален обрывками упаковок от продуктов и кожурой от колбасы. Посреди всего этого неким памятником возвышалась бутылка дорогого коньяка, уже наполовину опустошенная.

Сам хозяин же, казалось, совершенно этого не замечал или просто не обращал внимания.

— Виктор Валентинович, вы в состоянии будете со мной побеседовать? – осторожно спросила я.

— Отчего же нет! – бодро воскликнул Сретенский, шустро сдвигая тарелки на столе в сторону и освобождая тем самым мне место. – Вот, пожалуйста, прошу… Я немного выпью с вашего позволения, – и он налил себе в рюмку коньяк.

— По какому случаю пьете? – полюбопытствовала я.

— А вы разве не догадываетесь? – лукаво, почти с ленинским прищуром, усмехнулся Сретенский, залпом опрокидывая рюмку. – Разве моя жена поехала не к вам?

— А разве это повод для того, чтобы пить?

— Конечно, повод! Потому что она наверняка обвинила меня в том, что я убил Валерия. Психопатка! – не выдержав, выругался он.

— Скажем так, она упоминала об этом. Потому, собственно, я и приехала к вам, чтобы поговорить на эту тему и выслушать вас. Что вы сами можете сказать на этот счет?

— Да мне бы вообще ничего не хотелось говорить, – признался Сретенский. – Официального статуса у вас нет, милиция мною пока не интересуется. В общем, вся эта ситуация представляется мне большим геморроем. Очень большим.

Я согласилась:

— Официально заставить вас говорить я не могу, да и не хочу. Я просто прошу, – подчеркнула я, – сказать мне, что вы сами думаете о словах вашей жены. Чем они вызваны? В конце концов, Валерий являлся вашим другом, и мне кажется, что вам должно быть не безразлично, найдут его убийцу или нет.

Сретенский снова прищурился, потом вдруг встал и заходил по комнате неверными шагами, периодически опираясь о спинку стула.

— Ну… По порядку, – наконец произнес он. – О словах моей жены я предпочитаю не думать, потому что зачем придавать значение бредням больного человека? Вызваны они тем, что… – Сретенский сделал паузу, – она же вам, наверно, сказала, чем они вызваны.

— Если вы о ее отношении к Курилову, то она упоминала об этом. Но мне все равно не ясно, для чего в этом случае бросать тень на вас? – заметила я.

— Потому что так будет интереснее, – передразнивая театральную манеру Виолетты, язвительно ответил Виктор Валентинович. – Если бы она думала, что Валерия убил какой-нибудь случайный сумасшедший или грабитель, это ведь было бы совсем неинтересно, правда? А тут – такой Шекспир намечается! Страсти, ревность, кровь алеет… Вот и все.