Книга Твоя невеста – смерть, страница 46 – Марина Серова

— То есть избранник ее не бездельник? – уточнила я с улыбкой.

— Нет, Рома работает у меня в фирме простым охранником. Собственно, там они и познакомились. И меня, в сущности, это устраивает.

«Главное, чтобы это устраивало вашу дочь», – подумалось мне.

Да, старший брат Анатолий, похоже, одного поля ягода с Валерием. Та же жесткость, авторитарность… Какой контраст с мягким и покладистым младшим братом, Кириллом!

— Давайте все же вернемся к моему вопросу, – напомнила я. – Насчет той самой девушки финки… Что вы можете об этом сказать?

Анатолий нахмурился.

— Мало что, – признался он. – Знал я, что с кем-то он там познакомился, мать что-то такое говорила. А почему вы интересуетесь? Ну, было и было, давно быльем поросло. Сейчас-то это какое значение имеет?

— Понимаете, Кирилл сказал, что Валерию кто-то позвонил в тот трагический день, и после этого он ушел, никому не сказав куда. А что, если он пошел к этой женщине?

— С какой стати? – пожал плечами Курилов. – Он ее сто лет не видел.

— Вот, может быть, и захотел увидеть. Я почему это предполагаю – ведь у него больше не было знакомых там, в Финляндии, кроме нее. Что, если она позвонила или кто-то от нее позвонил? Как вы думаете, поехал бы Валерий в этом случае к ней?

— Не знаю, – задумчиво ответил Курилов. – Думаю, вряд ли.

— Почему? – тут же спросила я.

— А зачем ему к ней ехать? Пива попить? Поболтать, вспомнить прошлое? – стал перебирать версии Анатолий. – Нет, не стал бы он. Валерий был цельным человеком. Если рвал отношения, то рвал. Только если бы случилось что-то серьезное, он мог откликнуться, а так… Да и не могла она звонить.

— Почему? – снова спросила я.

— Ну, во-первых, откуда она знала, что он в Финляндии? Во-вторых, зачем ей ему звонить? Столько лет прошло, она уж, поди, замужем давно, и дети взрослые. И какую-то юношескую историю поднимать? – проговорил Курилов. – Нет… К тому же мать мне как-то обмолвилась, что Валерий злой на нее был за что-то. А он если обидится раз – все. Потом к нему не подъедешь.

— А как звали ту девушку, вы знаете? И где она живет?

— Конечно же, не знаю! И не могу знать, – пожал плечами Анатолий. – Со мной Валерий не откровенничал, а если бы и захотел, то вряд ли стал бы называть ее адрес.

— Но хотя бы имя, фамилию… Может быть, случайно, мельком! Борис говорил, что ее звали Эли.

— Ну, вот видите, Борис знает гораздо больше меня, – улыбнулся Курилов-старший. – Может, мать знала, Валерий все-таки с ней делился кое-чем. Но мне она подробностей тоже не рассказывала. Я, честно говоря, не очень близок был с ней после того, как она уехала.

— Почему? – поинтересовалась я.

Анатолий сдвинул брови.

— Не мне ее судить, конечно, но… Она так легко оставила нас здесь… Забрала одного Кирюшку, а мы словно и не дети.

— Но ведь вы уже были взрослыми, – заметила я. – Она тоже имела право на личную жизнь.

— Я же говорю – не мне судить, – повторил Анатолий, кивнув головой. – Конечно, она имела право так поступить. Но… Какая-то обида, честно говоря, занозой все же сидела внутри меня. Не знаю, как у Валерия, а у меня сидела. Но, может быть, это просто мое субъективное восприятие. Понимаете, мать никогда не скрывала, что Кирилл ее любимец. Ну, любишь ты одного сына больше других – люби, но поведение-то свое контролировать можно. И даже нужно. Хотя бы не показывала этого…