Книга Цена славы, страница 61 – Марина Серова

— Вот, посмотрите, – я показала ему фото надписей на вокзале, – преступник оставил их недавно. По всей видимости, преступник и Валерио все же знакомы.

— Или он так думает.

— Думает?

— Валерио исколесил уже два, а то и три десятка городов. В каждом он знакомился с новыми людьми, а также проводил ночи в клубах, однако он не помнит восемьдесят процентов этих людей. Считайте, что они незнакомы.

— Все же я думаю, это не случайное знакомство в клубе или на выступлении. Преступник смог от руки повторить стиль букв из газет и журналов. Такое не под силу новичку или любителю.

— Намекаете на то, что они могли познакомиться во времена учебы?

— Вполне вероятно. Тогда эго Валерио не так сильно выпирало, и люди тянулись к нему.

— Придется позвать его.

Михаил ушел наверх, а я осталась одна. Чтобы не привлекать лишнего внимания, для временного жилья Михаил выбрал просторный, но совсем недорогой и далекий от хоть какой-то дороги участок. Внутри интерьер больше напоминал квартиру девяностых с коврами на стенах и большой хрустальной люстрой под потолком. Перед домом располагалось просторное поле с аккуратно подстриженным газоном, на котором Валерио в попытке отвлечься от тягот бытия соорудил импровизированное поле для гольфа. Не представляю, чем Михаилу нужно занять его, чтобы отвлечь от мыслей об убитом брате.

Через пару минут Валерио спустился, и мы переместились на кухню. Михаил, как опытная домохозяйка, быстро достал кружки и разлил чай. Наступила неловкая пауза, которую смогла прервать Лера.

— Давно вы к нам не заезжали. Есть какие-то новости? Убийцу Левы нашли? Как вообще идет расследование?

— Пока не нашли, но расследование понемногу продвигается, всему свое время. Я, кстати, приехала не просто так. Хотела уточнить, были ли у вас какие-либо знакомые с факультета искусств или дизайна?

— Дайте подумать. – Валерио взял в руки чашку. – Я вообще мало кого помню даже со своего института, да и времени много прошло. Про Поминова вы уже наверняка знаете. Олежка, ну, Семенов, я говорил вам, со мной на театральном факультете учился. С дизайна… Да нет, с дизайна никого. А в плане общения… были Сашка Бес и Толя Портной.

— А фамилии помните?

— Бес – это и есть его фамилия, а у Толи не помню. Первый учился на художника-оформителя, а второй на реставрационном.

— А почему тогда Портной?

— Да у него портаки, в смысле, паршивые татуировки по всему телу были, в школе еще сделал себе. Первым его так преподаватель назвал, а потом и остальные подхватили. Поначалу обижался, но со временем и сам стал шутить. – На лице Валерио промелькнула секундная улыбка ностальгии, но он тут же стер ее и снова стал задумчиво-загадочным. – Интересно, где они сейчас?

— Вы хорошо общались?

— Достаточно того, что они со мной просто общались. В то время в театральный, как и в Университет искусств, почти не проходили бедные, но одаренные. Мы были как белые вороны. А вот любой бездарь, который и бревно отыграет плохо, но у кого богатые или влиятельные родители, легко попадал в группу в числе первых. Да что уж попадал, он и заканчивал с отличием, и его тут же пристраивали на какие-нибудь ведущие роли. Вы вообще смотрите, что у нас снимают?

— Последний раз смотрела пару лет назад.

— И как?

— Не впечатлило.