Книга Чужая вина, страница 58 – Марина Серова

— Конечно. Скажите мне его данные.

— Маркин Александр Григорьевич. Год рождения не знаю, но примерно сорок с небольшим.

— Хорошо, сейчас. — Надя защелкала кнопками клавиатуры. — Распечатать или так, на словах сказать?

— Лучше распечатать. Надя, и посмотрите, пожалуйста, не только по городу, но и области.

— Хорошо.

Спустя короткое время принтер выдал пару листков бумаги, которые сотрудница бюро протянула мне.

Ну-с, посмотрим. С интересующими меня паспортными данными и возрастом нашлось три человека. Двое из них проживали в области: один в какой-то глухой деревеньке, другой — в поселке городского типа. А вот третий был мой земляк, то бишь из Тарасова. Проживал по адресу: Лесной переулок, дом 10. Частный сектор, похоже, притом где-то на окраине.

Хотя стоп. Проживал? А, вот и объяснение. Выписан в связи со смертью четыре года назад.

— Спасибо, Надя.

— Не за что, — снова улыбнулась женщина. — Заглядывайте.

Да уж, результат меня, конечно, не разочаровал, но и не сказать, что порадовал. Два кандидата проживают у черта на куличках, а третий помер. Ну и кто из них мог быть потенциальным братом жены Петровского? Эти двое из области? Или покойничек? Если последний вариант, то тут все укладывается в идеальную схему: некто воспользовался его документами с целью поживиться чужим наследством. Притом мог даже и не знать, что оригинал отправился к праотцам. Случай, к слову, не редкий. Но можно проверить, действительно ли Григорий Степанович Маркин — а именно так звали тестя Петровского — был женат дважды и имел сына от первого брака.

Вот тут уже сложнее, и адресным бюро не обойдешься. Зато вариантов больше: городской архив, ЗАГС, опять-таки органы. Ладно, это дело техники. Для начала, думаю, можно проверить областных Маркиных, а уж напоследок взяться за умершего землячка. Тогда завтра с утра встаю с петухами и отправляюсь в деревню. Жаль, что деревенька и городской поселок не по пути, а в разных сторонах области. А то можно было бы быстрее управиться.

«Обленилась ты, дорогуша, работать не хочешь. Не забывай, что ты не госслужащий. Хочешь денежек — ноги в руки и бегом отрабатывать».

* * *

На свидание к Максиму я не опоздала. Более того, обратно в город я вернулась даже до обеда.

Деревня, в которую я отправилась, находилась километрах в семидесяти от Тарасова. Нужного мне Маркина я отыскала тоже быстро. Им оказался местный пьянчужка, мелкий, тощий как скелет и небритый, проживающий в покосившемся убогом домишке. На описанного Петровским человека он явно не тянул.

Я даже больше скажу: такому бы и в голову не пришло затевать какие-то хитроумные комбинации с наследством.

Маркин встретил меня, будучи с жесткого похмелья, поэтому не сильно вслушивался в ту лапшу, которую я повесила ему на уши: мол, ищу родственника своего друга. К тому же, как следовало из его рассказа, папенька его лет пятнадцать назад помер. Стало быть, наследство, если таковое, конечно, имелось, было давным-давно получено. Про это Маркин не уточнял. Зато оценил мою доброжелательность и вежливость и скромненько попросил немного мелочи.

Ладно, Танечка сегодня добрая. Танечка сегодня к любимому мужчине на свидание идет.

Приехав домой, я привела себя в порядок, сварила кофе и расселась на диванчике, благо время позволяло.