Книга Чужая вина, страница 48 – Марина Серова

Ну и что, что не рассказывала? Ну и что, что была открытой как ладонь? Даже у самого открытого человека, у которого душа нараспашку, есть то, о чем он не говорит. Может, это даже не друг-подруга, а какой-то случайный знакомый, про которого ты и сам можешь не вспомнить.

Да уж, ответы я получила, но такое ощущение, что вопросов прибавилось аж втрое. Впрочем, как всегда.

Все, машинка прогрелась, пора двигаться.

Я огляделась по сторонам. Так, других машин и людей поблизости не наблюдается.

А, нет, есть. Неподалеку медленно шла знакомая фигура. О, да это самая старшая Рахимова. Которая Ирина Евгеньевна.

Меня она не видела — она вообще в мою сторону не смотрела. Зато я разглядела женщину хорошо, хоть она и шла на расстоянии.

Такое ощущение, что Рахимова постарела. А что тут удивительного — она своего ребенка похоронила. Но что-то бросилось мне в глаза. Что-то такое… Неестественное, что ли. Или, скорее, нетипичное.

«Все, дорогуша, голову потом ломать будешь. Заводи авто и дуй на работу».

И только уже подъезжая к своему офису, я поняла, что же меня насторожило. У Ирины Евгеньевны было лицо человека, который потерял все на свете и не знает, как дальше жить. С одной стороны, неудивительно. Как-никак, ее дочь погибла. Но старшая-то жива и здорова. А у женщины вид, будто все ее дети умерли вместе с другими близкими людьми. Вот это и странно.

Ладно, пора заняться делами. А обо всем, что я выяснила сегодня, я еще успею подумать за чашечкой кофе.

За свои кофейные размышления я принялась уже поздно вечером. Сначала позвонил Максим, потом старая знакомая за советом. Когда я наливала свой божественный напиток в чашку, время было уже почти десять.

Ладно, время еще детское, а на работу мне не к шести утра на другой конец города.

Итак, что имеем из сегодняшних бесед и наблюдений? Прежде всего — потрет покойной Карины Рахимовой. Точнее, какой ее видели классный руководитель и подруга. Конечно, портрет может значительно отличаться от оригинала, но в данной ситуации, увы, не проверишь.

Самая младшая Рахимова была открытой, общительной и веселой девочкой. Конфликтов ни с кем не возникало, со всеми находила общий язык, и в целом окружающие относились к ней хорошо. С сомнительными компаниями и личностями дружбу не водила. Но при этом могла подружиться с кем-нибудь, кто имеет пересечение, так сказать, с неблагополучными слоями общества. Училась неплохо, хоть и не так, как старшая сестра. Плюс была творческой натурой и, как следствие, очень впечатлительной.

Что ж, кое-что есть. Но все равно картинка не целая. Оно и понятно: чтобы установить все знакомства Карины, потребовалось бы гораздо больше времени.

Жаль, не удалось увидеться и поговорить со второй ее подружкой, Катей. Ладно, подождем, пока она выздоровеет. Наверно, снова придется идти в школу. Или к ней домой, но беседовать в присутствии ее родителей мне не хотелось, хотя по закону это обязательное условие.

«Ты, милочка, не строй из себя невесть кого. Сама, что ли, все законы соблюдаешь от буквы до буквы?»

Ну, может, и не соблюдаю в полной мере, но и не нарушаю. Тем более время не поджимает, поговорить с одноклассницей Карины я успею.

А еще меня не покидало странное ощущение. То ли Лариса Владимировна чего-то недоговорила, то ли я чего-то не спросила, хотя собиралась. И сейчас я не могла понять, что же это такое.