Книга Эхо далекого прошлого, страница 90 – Марина Серова

— Валентина Семеновна, к вашему сведению, Георгий, сейчас находится в тяжелом состоянии в железнодорожной больнице. Она, можно сказать, умирает и все время зовет вас, – сказала я. – А вы…

— Да приду я к ней, приду, – сказал Толоконников.

— Если снова не сядете, – заметила я.

— Да за что меня сажать-то! – взвился Толоконников.

— За убийство Елизаветы, – сказала я.

— Да что вы все об одном и том же! Ну не убивал я Лизку! Сколько раз вам говорить?

— Вот что, Георгий, расскажите мне все с самого начала, – решительно сказала я.

— А че рассказывать-то? – недоуменно спросил Толоконников.

— Все! Абсолютно все! – жестко сказала я. – Все рассказывайте о ваших с Елизаветой отношениях.

— Да тут и рассказывать-то нечего. Ну, встретились мы как-то с ней, с Лизкой то есть, – начал Толоконников. – Или вы хотите послушать сказочку про то, как дружили мальчик с девочкой чуть ли не с детского садика, а потом вместе ходили в одну и ту же школу, в один и тот же класс? Как мальчик носил портфельчик девочки и дергал ее за косички?

— Слушайте, Толоконников, прекратите ерничать! – разозлилась я. – Я ведь и на самом деле могу вызвать сейчас полицию. Оснований для вашего задержания более чем достаточно! Не хотите нормально разговаривать, так побеседуем в камере под протокол!

— Ну ладно, – примирительно поднял руки Толоконников. – Больше не буду, все расскажу. В общем, познакомились мы с Лизкой, когда она уже была вполне себе взрослой девочкой. Ну, то есть уже понимала, что к чему. Надеюсь, вы тоже понимаете, что я имею в виду.

— Да уж понимаю, – отреагировала я. – Дальше продолжайте.

— На скамеечках мы с ней не сидели и в парках, взявшись за ручку, не гуляли. Вообще-то Лизка недолго ломалась, почти сразу согласилась. Начала строить планы, как мы с ней поженимся и будем жить-поживать да добра наживать, как опять в тех же сказках говорится.

— Вы, Толоконников, я смотрю, сказки любите, – заметила я. – Что, все из детства никак не выйдете? А ведь пора уже.

— Да, сказки – хорошая вещь, но только, конечно, в определенном возрасте. Мне вот в детстве их никто не рассказывал. Просто потому, что некому было, хотя семья-то была, и поначалу даже полная. Мама, папа, я – образцовая семья. Только вот папаша пил по-черному, а потом вообще свалил. Мать на нескольких работах вкалывала, какие уж тут сказки! Скорей бы до постели добраться. Это я все к чему рассказываю-то? Не для того, чтобы ерничать, как вы сказали, а для того, чтобы вы поняли разницу между мною и Лизкой. У этой принцессы чего только не было! Может, только птичьего молока. Да и то, если бы она только пикнула, папа-олигарх тотчас бы ей принес в клювике. Когда он развелся с Лизкиной матерью и женился на бабенке намного моложе себя, а Лизка не захотела жить с отчимом, которого ей тут же нашла ее мать, отец сразу же купил доче однокомнатную хатку в центре Тарасова. Не хило, да? Нет, я в принципе тоже не против был замутить с Лизкой по-серьезному. Ну, там свадебный марш, кольца, куклы на свадебных лимузинах и прочая лабуда, от которой тащатся все бабы и которую им подавай во что бы то ни стало.

— Так что же вам помешало? – спросила я.

— А вы не догоняете? – усмехнулся Толоконников. – Я же вам рассказал про Лизкиного папашу-олигарха, который выполнял все ее хотелки на раз. Он-то сразу навел справки и прознал, из какой я семьи, кто мои родичи, как я в школе учился и ты ды и ты пы. Уж и ежу, а не только олигарху, понятно было, что учиться я дальше не буду, в то время как Лизка уже с пеленок была определена в крутой институт. Вот и скажите, нужен ему был такой зять, как я?