Книга Принеси меня в жертву, страница 34 – Марина Серова

За столом на мгновение повисло молчание.

Воспользовавшись моментом, Игорь нанес Василию повторный удар, но в этот раз последний не стал медлить с ответом.

Елена, оказавшаяся между дерущимися, закрыла голову руками, но успела получить пару случайных ударов по голове.

— А ну стоять! — крикнула я и вылетела из-за стола.

Самое интересное, что только я бросилась разнимать драку. Остальные словно спали. Девушек я прекрасно понимала, мы в плане реакции медленнее иногда мужиков. Пока осознаем, пока серьги отцепим… Но мужики-то почему остолбенели?

Как только я вцепилась в плечи Мареева, мужчины тотчас сорвались со своих мест. Кто-то повис на нем всем телом, кто-то пристроился рядом со мной, одновременно отталкивая меня в сторону. Действовать нужно было быстро.

Рядом возникла Ольга.

— Совсем охренели?! — рявкнула она. — Вася! Игорь!

Ее никто не слышал или не хотел слышать, а Роман на всякий случай встал перед ней, закрывая от взбесившихся.

В конце концов Игоря и Василия удалось развести в стороны. Оба тяжело дышали и смотрели друг на друга с ненавистью.

Теперь все могли оценить ущерб и масштаб катастрофы.

На столе царил бардак. Та сторона, рядом с которой случилась драка, превратилась в помойку. Посуда не пострадала, но часть угощения превратилась в месиво.

Елену уже вывели из-за стола. Она стояла неподалеку от мужа и держала руку на затылке.

Мареев с совершенно красным лицом топтался за Саранским, который то и дело закрывал его от других своим большим телом.

Василий пострадал больше всех, во всяком случае внешне. Подбородок и шея были в крови.

Шмыгая носом, он пытался загнать кровь обратно в нос, но покажите мне того, кому бы удалось это сделать. Жена не рвалась ему помогать.

Мне тоже досталось. В порыве ярости кто-то из бойцов засветил мне локтем в переносицу. О последствиях удара в эту область лица можно было только «мечтать». Фингал мог появиться и под одним глазом, и под двумя сразу. Нужно срочно приложить что-то холодное.

В этот момент Мареев снова бросился на Шумского, но, споткнувшись, упал в траву.

Воспользовавшись моментом, Саранский тотчас прижал его руками к земле.

— Не надо. Хватит. Хватит! — попросил он.

— Пусти, — глухо сказал Мареев.

Он поднялся на ноги и смачно сплюнул в траву кровью. Саранский не отошел ни на шаг, был наготове.

Девушка, кажется, Инна Круглова, испуганно оглядываясь, принялась наводить порядок на столе, стараясь не шуметь, чтобы лишний раз не накалять обстановку.

Ни Шумский, ни Мареев не обмолвились ни словом. Ни проклятий, ни тонны матерных выражений друг в друга уже не метали. Стояли в отдалении друг от друга и сверкали глазами.

Первым сдался Мареев. Он оттолкнул Антона и решительно пошел к дому. За ним никто не последовал.

— Ты порядке? — спросил у Шумского подошедший Саранский. — Что вы не поделили-то, идиоты?

Василий согнулся, упираясь руками в колени.

— Понятия не имею.

— А я имею, — негромко произнесла Елена.

Василий, матюгнувшись, стащил с себя футболку и прижал ее к носу, запрокинув голову.

— Ему давно следовало это сделать, — сказала Елена, глядя вслед Игорю, уходившему все дальше и дальше. — Он слишком долго ждал.

Девчонки едва слышно переговаривались во время уборки. Шумский молчал.

— Хватит, — попросил Саранский. — Все случилось и все закончилось.