Книга Проклятые чувства, страница 89 – Марина Серова

— Скоро будет смеркаться, — услышала я его хриплый голос. — Надо успеть сходить в одно место и кое-что найти.

— У меня совсем нет сил, — тихо ответила я, с трудом шевеля потрескавшимися губами.

— Если не сделаешь это, то сил не останется совсем и не сможешь добраться до дома.

— Что я должна сделать? — так же тихо спросила я, но он меня услышал.

— Дойти до одного заброшенного дома. Это недалеко. Там есть одно потайное место, в нем есть то, что вернет тебя к жизни.

— Но почему ты сам не можешь туда пойти и принести мне это?

Он не ответил, лишь продолжая стоять примерно в трех метрах от меня, и на его сером морщинистом лице виднелась кривая улыбка, обнажая желтые зубы.

Я поняла, что эта тема обсуждаться не будет, поэтому, вдохнув полной грудью свежий воздух, пошла вперед по утоптанной траве.

— Куда идти? — спросила я.

— Иди к лесу, там проще будет пройти. Потом вдоль орешника, а как дальше — скажу потом…

И я снова пошла туда, куда мне велели. Господи, может, это правда всего лишь сон, сейчас я проснусь и окажусь…

Где я окажусь? Каждое мое новое пробуждение перебрасывает меня словно в новую реальность. Это похоже на какой-то мистический квест.

«Колдовской сон…»

В ветхое покосившееся строение, которое когда-то было домом, пришлось забираться через оконный проем, где уже давно не было никаких стекол и рам. Точнее, от рамы осталась лишь одна болтающаяся посередине планка, которую я без особых усилий выдернула и проникла внутрь.

— Подойдешь к печке, справа на полу найдешь две шатающиеся доски, отодвинешь их и увидишь нишу… — прохрипел мне старик с улицы.

Интересно, что я там обнаружу? Сокровища Али-бабы или наспех запрятанные драгоценности Степана Разина? А еще я слышала, что в мордовских лесах скрывался Емельян Пугачев…

Осторожно ступая по скрипучему сгнившему полу, я добралась до полуразвалившейся печки. Обошла ее справа и присела. Ощупала дощатый грязный пол. В одном месте половица сильно скрипнула и подалась в сторону.

Вцепившись в доску двумя руками, я потянула ее на себя, оставляя на своих искусанных комарами ладонях ссадины и занозы. Половица со скрежетом поддалась, отчего я не удержалась и завалилась на свою пятую точку. Чертыхнулась, выругалась и потом без особых усилий оторвала от пола вторую дощатую створку. Под ними действительно оказалась ниша, из которой дохнуло сыростью, плесенью и каким-то странным травяным запахом, похожим на аптечный.

— Открыла! — крикнула я.

— В глубине надо найти стеклянные бутылки. Одной будет достаточно. Также надо нащупать небольшую жестяную баночку, — услышала я голос возле окна.

Я посмотрела в темный проем, весь в паутине, и содрогнулась. Господи, зачем я все это делаю? Почему доверяю этому странному старцу? Кто он вообще такой? И почему у него такое влияние на меня? Или моя воля сейчас настолько подавлена, что я готова подчиниться кому угодно?

Я не рискнула лезть в эту подозрительную дыру голой рукой. Стянула с себя кофту, обмотала ею руку и кисть, убрала паутину и с замирающим сердцем просунула руку внутрь. Какие-то коробки, тряпки-мешочки… ага, а вот, кажется, и бутылка.

Я ловко ухватила ее пальцами и извлекла наружу. Обычная, словно из-под пива, бутылка из темного стекла, закупоренная пробкой, поверх которой был кусочек целлофана, перетянутый резинкой.