Книга Проклятые чувства, страница 77 – Марина Серова

Итак, пора переходить к более оперативным действиям. Где там моя походная шпионская сумка? Правильно, в багажнике. Насколько я помню, там должны быть три портативные, практически незаметные видеокамеры, прибор ночного видения, набор жучков, отмычек…

Надо дождаться, когда стемнеет, и установить одну камеру напротив дома Павла Гавриловича. Вторую — напротив колдуньи Раисы. А третью… третью, пожалуй, установлю напротив своего дома — так, на всякий случай.

— Надо было это сразу сделать, как приехала, балда!

Это был внутренний голос или я сказала это вслух?

— Господи, да что со мной происходит?

«Иди к Татьяне Петровне и померяй давление. У нее точно есть тонометр», — продолжал издеваться внутренний голосок.

— Надо всего лишь немного вздремнуть, — сказала я сама себе и направилась в дом.

Надеюсь, пока я немного посплю, ничего страшного не случится.

Это была моя последняя мысль, а потом я провалилась в какой-то странный и непонятный сон. И снились мне такие диковинные сны, какие может увидеть разве что курильщик опиума…

* * *

Я не сразу поняла, что это были за звуки. Они казались настолько нереальными, что совсем не вписывались в ту действительность, в которой я была. Странная мелодия, какое-то непонятное жужжание вперемежку с криками и стуком.

Что вообще происходит? Кто издает эти странные звуки? Кто я? Где я?

Я встрепенулась и открыла глаза. Не сразу поняла, где я нахожусь — серый деревянный потолок, окно с пыльными занавесками… Ах да, это же дом, в котором я поселилась на время своего расследования. Вот только почему все вокруг такое странное, словно искаженное, будто я проснулась в этом же доме и одновременно в каком-то в другом.

А я точно проснулась?

Я с трудом оторвала голову от подушки, а затем приняла сидячее положение. Голова кружилась и слегка подташнивало. И снова эти звуки. Мелодия, жужжание, стук на улице и чей-то голос. И тут я пришла в себя окончательно.

Это же мой телефон надрывается, который я оставила на кухне. А стук… Похоже кто-то стучится в мои ворота.

— А ну открывай! — послышался требовательный женский голос.

Раздвоиться я, разумеется, не могла, поэтому для начала решила посмотреть, кто мне звонит. А звонили, судя по всему, уже давно и очень настойчиво.

Протерев глаза и сконцентрировав зрение (да что ж со мной такое происходит?), я глянула на дисплей. Номер мне был неизвестный, но я решила ответить. Если это очередной клиент, то придется его разочаровать отказом, ибо в данный момент я занята другим делом.

— Слушаю, — хрипло ответила я.

— Татьяна, голубушка!.. Это Павел Гаврилович! — услышала я в трубке старческий голос, явно взволнованный.

— Да-да, я слушаю вас, — прохрипела я и слегка откашлялась.

— Татьяна, вы оказались правы! Не поверите, я обнаружил под своим порогом у калитки подклад. Все, как вы рассказывали: записка, мешочек с землей и еще пучок каких-то волос.

Мою оставшуюся сонливость как рукой сняло.

— Вы читали, что написано в записке? — спросила я, хотя не сложно было догадаться.

— Татьяна… там бред какой-то, я даже не хочу это перечитывать, что-то про гроб, гвозди и котлы в аду… Но внизу было еще кое-что написано.

— Что?

— Сейчас… Вот, цитирую: «Иди туда, где живые не ходят. Только там узнаешь истину». И вы знаете… пусть это не покажется вам странным, но я слышу чей-то голос, то ли со стороны, то ли у себя в голове… И этот голос мне твердит, чтобы я шел в лес…