Книга Проклятые чувства, страница 109 – Марина Серова

Пошла я через пару дней к его дому, было одно желание — посмотреть в его подлые глаза и плеснуть в его наглую рожу уксусной кислоты, которую захватила с собой, и, думаю, будь потом что будет. Вот только уехал он днем раньше обратно в город, не застала я его дома. Зато помню, как его матушка разговаривала со мной: «Ты, Дуся, решила за моим Колькой, что ли, приударить? Что, замуж никто не берет, а ты в девках засиделась? Нет, дорогая, мой Колька явно не твоя партия, он у меня во-он какой парень. И невеста у него в Саранске, жениться собирается, она из Тарасова, туда жить передут. Так что забудь ты, Дуся, про моего Коленьку, да и не крутись больше около нашего дома, а то еще люди чего говорить начнут, а мне лишние сплетни ни к чему…» А потом… потом, как по сценарию самого плохого сюжета, оказалось, что я беременна, что в своем чреве вынашиваю ребенка от этого чудовища. Мне не хотелось жить, и я бы точно с собой что-нибудь сделала, если бы не моя сводная сестра Лидочка. Я ей все рассказала, и она решила мне помочь. Это случилось где-то под Саранском, в каком-то селе, помню небольшой флигелек из белого кирпича, какой-то укол… Сделали мне аборт в непонятном подпольном месте, но зато без огласки. Вот только последствия от этого были ужасные. Я болела, чахла, просыпалась ночью от того, что вся простыня была в крови. Я не могла дальше учиться, поэтому пришлось взять академический отпуск по состоянию здоровья. Спасибо, что Лидочка была всегда рядом, если бы не она… сколько раз я порывалась свести счеты с жизнью, и, может, это было бы к лучшему, но… А Паша потом появился. Спустя три года после тех печальных событий. Он сам нашел меня, подошел в парке и… Думал он все эти годы обо мне и понимал, что не может жить без меня. Вернулся и решил замуж меня позвать. Ох, как тогда разрывалось мое сердце! И где же ты раньше был, мой дорогой любимый Павлуша. А что сейчас?.. Что я могла ему дать? Свою любовь? А как же дети?.. Ведь после того случая я больше не могла иметь детей, никогда! Я не решилась ему это рассказать, подумала, что пусть он будет счастлив с другой женщиной, которая нарожает ему кучу здоровых детей, а те потом подарят ему внуков. Поэтому я, с разрывающимся сердцем, сообщила ему, что мы не можем быть вместе, что я встретила и полюбила за это время другого мужчину и скоро у меня свадьба. Я до сих пор помню его глаза — они словно потухли, а потом наполнились слезами. Он лишь взял мою руки в свои горячие ладони и прошептал: «Дусечка моя, я всегда буду любить тебя, всю свою жизнь. Будь счастлива!» — это были последние его слова, которые я услышала в своей жизни. «И я тоже буду любить только тебя!» — сказала я ему, давясь слезами, но он этого уже не слышал… Извините.

Евдокия Михайловна поднялась с дивана, прошла на кухню, выпила стакан воды, вытерла салфеткой слезы и вернулась обратно.

— Я все же тогда окончила институт и поехала работать по направлению в Ставропольский край. Прошли годы, моя сестра Лидочка удачно вышла замуж и переехала жить с мужем в Волгоград. Потом у ее мужа заболела мама, которая жила в Тарасове, и они стали часто ездить сюда. Но сложилась судьба так, что они потом, после смерти свекрови, переехали полностью в Тарасов. Лидочка уже лет шесть как схоронила своего мужа и осталась одна — сын вырос и уехал работать и жить в Москву. Тут-то меня сестра и пригласила переехать в Тарасов. И вот, — она обвела руками свое скромное, но уютное жилище, — так я оказалась тут. Лидочка продала свою трехкомнатную квартиру, часть денег отдала сыну, а на остальные купила себе однокомнатную в новом доме. Да, в том самом доме, где я работаю консьержем.