Книга Реквием по зверю, страница 21 – Марина Серова

— Надежда Дмитриевна, давайте перейдем в гостиную, а то в холле неудобно разговаривать, — предложила я.

— Как скажете.

В гостиной мы с Надеждой Дмитриевной расположились на диване.

— Видите ли, Надежда Дмитриевна, сегодня, когда я осматривала квартиру Скорострельникова, открылись новые обстоятельства, которых не было при первом осмотре, — начала я.

Домработница испуганно посмотрела на меня:

— Господи!

— Не волнуйтесь, ничего страшного не произошло, просто мне необходимо получить от вас разъяснения, — успокоила я Надежду Дмитриевну.

— Ну спрашивайте, если так, — кивнула домработница.

— Надежда Дмитриевна, как давно вы работаете у Константина Александровича? — задала я вопрос.

— Как давно, спрашиваете? — домработница задумалась. — Да несколько лет уже. Так, если посчитать, то все три года будет. Может, немного меньше, — ответила женщина. — Сначала Константин Александрович жил здесь со своей супругой Елизаветой, Лизой. Но вместе они прожили совсем недолго, около полутора лет, потом разошлись.

— А по какой причине они расстались, вам известно, Надежда Дмитриевна? — спросила я.

— Известно, — с печалью в голосе ответила домработница. — Правда, о покойниках плохо не говорят, но уж очень Константин Александрович был… ну, как бы это помягче сказать-то. Ну выпить он любил… Да чего уж там! Напивался сверх всякой меры и устраивал в квартире такое! Друзей водил, опять же, подружек. Вот Лиза и не выдержала, ушла от него. А ведь такая видная из себя молодая женщина, красавица просто. И высшее образование есть, окончила она институт и работает сейчас архитектором. Эх, не удержал Константин Александрович такую женщину! Он, по правде сказать, к женщинам относился с пренебрежением, да просто за людей их не считал. Может, из-за своего характера, он ведь порой бывал очень нервным, невыдержанным, даже каким-то злым. Но, как бы то ни было, царство ему небесное.

Домработница перекрестилась.

— Скажите, Надежда Дмитриевна, а как у Константина Александровича обстояли дела со здоровьем? — спросила я.

— Со здоровьем? — снова переспросила домработница.

— Ну да, со здоровьем. Может быть, он чем-то болел? — я задала наводящий вопрос.

— Да здоров он был. Ничем таким вроде бы и не болел.

Домработница пожала плечами.

— То есть уколы ему не назначали? — спросила я.

— Да нет! Какие уколы? Зачем?

Надежда Дмитриевна с недоумением посмотрела на меня.

— А случалось ли такое, что при уборке квартиры вы находили пустые шприцы? — задала я следующий вопрос.

— Да что вы такое говорите! — воскликнула женщина. — Нет, конечно, ничего такого я не находила.

— Не было шприцев и в мусорном ведре? Вы ведь и мусор выносите, так? — я все продолжала уточнять.

— Мусор я выношу, но шприцев и в мусорном ведре никогда не было. Татьяна Александровна, вы что же, хотите сказать, что Константин Александрович колол себе наркотические вещества? Вы это имеете в виду? Да не употреблял он эту гадость! Ни в каком виде! Ни в таблетках, ни в уколах. Вот выпить — это да, да я вам уже говорила.

— Да, да, я помню. Хорошо, я вас поняла, Надежда Дмитриевна. У меня к вам есть еще вопрос, — сказала я.

— Да, слушаю вас.

— Скажите, когда вы производите уборку в кабинете Константина Александровича, вы вытираете пыль с письменного стола? — спросила я.