Книга Свадебная вендетта, страница 36 – Марина Серова

Гарик опустил голову:

— Это могли быть мы с тобой, если бы не вернулись в дом, чтобы взять воды. Мы могли бы ее спасти.

— Да, – я накрыла рукой его смуглую ладонь и легонько сжала, – но случилось по-другому. Мы не виноваты. Пожалуйста, даже не думай об этом.

— Невозможно не думать.

— Гарик, мы договаривались – рефлексировать и посыпать голову пеплом будем потом.

— Хорошо. Давай про убийство Витьки.

Тень, которая омрачила лицо моего давнего друга, невольно заставила меня говорить чуть тише – каждое слово тлеющей искрой падало на открытую рану.

— С Виктором все иначе. Сухие розовые лепестки, которые ему вложили в руки, и комок купюр в горле говорят о том, что убийца все спланировал. Он взял с собой реквизит, продумал все до деталей, и здесь, на острове, ему оставалось только улучить время и найти место.

— С этими цветами чушь какая-то…

— Нет, не чушь. Это, друг мой, подсказка. Цветы и деньги что-то символизируют, и мы должны попытаться понять, что именно.

— Может, Витька денег задолжал? – задумчиво произнес Гарик, – он был тот еще транжира. Покупал дорогое бухло и шмотки. Любил пофорсить кошельком.

— Может, и так. Но вариантов много. Цветы тоже что-то значат, поэтому надо рассматривать эти символы в совокупности. На самом деле, обставив убийство с такой тщательностью, преступник совершил ошибку. Всегда легче найти человека, когда его выдает очевидный личный мотив. И есть еще одна важная деталь.

— Какая?

— Это даже не деталь, а вопрос. Почему преступление совершено именно здесь? Убийство Вики почти на сто процентов было спонтанным. Но смерть Виктора явно спланирована. Так почему надо было осуществлять задуманное здесь – на острове, где очень тяжело обставить все незаметно. Где могут быть свидетели, а сам убийца по приезде полиции попадет под подозрение, потому что под подозрение неизбежно попадут все, кто был на острове? Почему не убить Виктора в Тарасове – выждать удобный момент, просчитать пути отхода, позаботиться о том, чтобы не было свидетелей, и обеспечить себе алиби.

— Ну так и почему?

— Не знаю. Кто-то хотел убить его именно здесь. И в этих символах, оставленных на месте преступления, есть определенный смысл, который мы обязаны разгадать. Но пока это больше всего похоже на месть.

— Мне не по себе от мысли, что с нами в доме заперты два убийцы, – проворчал Гарик, – не то, чтобы я боялся, просто…

— Просто это очень некомфортная мысль. Я понимаю. Пойдем.

— Куда теперь?

— Теперь надо рассказать все родителям. Ужасная миссия, но она, увы, лежит на наших плечах. А потом займемся самым главным.

— Чем?

— У нас три этажа потенциальных преступников. Надо с ними поговорить по душам.

В коридоре второго этажа не горели лампы. Свет проникал из двух торцевых окон, и было по-вечернему сумрачно, хотя вечер еще и не думал начинаться. В слабых желтоватых лучах клубилась пыль.

Перед дверью, за которой нас дожидались родители невесты, я помедлила. Какие слова подобрать? Как сообщить о случившемся? В голову лезли только банальные сожаления, но разве их может хватить?

«Мне очень жаль, но ваша дочь… ваш зять… они…»

Дикость. А если они захотят увидеть тела? Конечно, захотят… Вдвоем с Гариком нам не удержать нескольких взрослых людей силой. Они наверняка затопчут улики, сдвинут убитых с места, наследят. Нет, этого нельзя допустить. Надо сделать все возможное, чтобы несчастные родители остались в своей комнате до приезда полиции.