Книга Смертельное лекарство, страница 73 – Марина Серова

Я вынуждена была согласиться с его доводами.

— Ладно, давай вечером. А где? Может, у меня в квартире?

— Зачем? Найдем помещение в нашей редакции. Но все же лучше было бы завтра — у них, наших местных, так программа построена. Придется говорить: «На состоявшейся вчера пресс-конференции»… А они слово «вчера» ужасно не любят.

— Нет, давай все-таки лучше сегодня, — продолжала упорствовать я.

Илья обещал позвонить ближе к вечеру и уточнить все детали. А я села готовиться. Я не собиралась рассказывать всю историю своих поисков — да это никому и не нужно было. Не хотела я подставлять Митрохина с Магомедом. Собственно, я намеревалась рассказать об одном — о системе торговли опасными для здоровья лекарствами и о роли в этом сильных мира сего: нашего знаменитого депутата и начальника облздрава. Доказательствами служили документы, найденные в кабинете Жвания, фотография, а также флакончик с лекарством, который я подобрала возле постели Ольги Павловны.

Был, правда, и здесь один скользкий момент — как рассказать о ночном поединке на улице Чекистов, не называя Магомеда. Я решила представить дело так: я проникла в офис, меня схватили, а затем я стала свидетельницей бандитской разборки, когда одни участники банды что-то не поделили с другими и поубивали друг друга. Еще когда мы возвращались из офиса, лейтенант из «Поиска», предвидя мои затруднения, обещал помочь объяснить ночной бой.

— Мы по своей линии предпримем усилия, чтобы все выглядело как можно убедительней, — обещал он.

Этой версии я и решила держаться: никакого Магомеда я не знаю, с Митрохиным не встречалась. Решила я молчать и о Марине Борисовне, о ее роли в этой истории.

Я успела набросать план своего выступления, даже написала его приблизительный текст. Приготовила я и ответы на наиболее каверзные вопросы — такие обязательно будут. Все было готово, и в это время позвонил Илья.

— Как я и думал, сегодня ничего не получается, — можно сказать, с радостью сообщил он. — Собкор «Известий» в командировке, вернется поздно ночью. Группа ОРТ вечером снимает рок-фестиваль — представляешь, помимо бандитских разборок, в городе еще кое-что происходит. В общем, все сошлись на том, чтобы встретиться завтра в 12.00 в нашем конференц-зале. Идет?

— Куда же деваться, если ты уже все решил? — нехотя буркнула я. — Я бы предпочла сегодня…

Что ж, делать нечего. В буквальном смысле: хотя накопилась прорва домашней работы и холодильник стоял пустой, делать сегодня что-либо, не имеющее отношения к расследованию, я была не в силах. Я буквально валилась с ног. «Посижу немного у ящика и лягу», — решила я.

Однако сидеть у ящика мне пришлось недолго, раздался звонок в дверь. Я вздрогнула — последние недели заставили меня плохо относиться к гостям, тем более поздним.

Взглянув в глазок, я увидела пустой коридор. Прислушалась. Глазок я устроила таким образом, что в коридорчике в общем-то не осталось «мертвых зон», где можно было бы спрятаться. Поэтому я рискнула, накинув цепочку, выглянуть.

На полу возле моей двери лежала коробка с видеокассетой. Конечно, она могла быть взрывным устройством, но шестое чувство подсказало мне, что угроза, исходящая от кассеты, иного рода.

Я схватила кассету и вновь закрыла дверь. Поставить кассету в видик было делом одной минуты.