Онлайн книга «Смертельное лекарство»
|
— Теперь, кажется, все ясно. Но зачем вы убили Вязьмикина? — Ну, во-первых, ты не права — убивал не я. А если по сути — за трусость. Господин Вязьмикин испугался нашего бизнеса и захотел выйти. Я не мог ему позволить. Тут и до него находились… желающие. — Например, некий Климович… — подсказала я. — Все-то ты знаешь! — восхитился Жвания. — Небось бунчуковский дневник прочитала? Писал мужичок, писал… — Вы сами его пытали? Лично? — За кого ты меня принимаешь? — возмутился адвокат. — Я что, похож на садиста? — На садиста — нет, — вынуждена была признать я. — Скорее на оборотня. Или на беса — мелкого такого, гадкого. — Дерзишь? Ну-ну. Нет, Бунчука… э-э… обрабатывали другие. Крепкий мужик оказался… А вот теперь я тебе пару вопросов задам. В порядке взаимной любезности. Не возражаешь? — Отчего же? — пожала я плечами. — Задавайте. Странный шел у нас разговор. Я чувствовала, как на меня неотвратимо надвигается смерть. Я ощущала ее ледяное дыхание. Надеяться на чью-то помощь, на счастливое избавление было глупо. Кажется, придется умереть. И никто никогда не узнает правду. Я уже не знала, для чего продолжаю задавать вопросы: по-прежнему из любопытства или просто чтобы оттянуть неизбежный конец. — Тебе ни разу не приходило в голову, что это я? — спросил Жвания. — Если честно — нет, — призналась я. — Начала догадываться, только когда побывала на вашем складе… — Так ты и там успела побывать? И Спиридон ничего не заметил? — Глаза у адвоката округлились то ли от удивления, то ли от возмущения. — Ну я ему покажу! Совсем нюх потерял! Девчонка его дважды вокруг пальца обвела! — И еще до этого, когда прочла в дневнике кличку Цицерон… — продолжила я. Но Жвания меня прервал: — Цицерон? Это они мне такую кличку дали? Ну, наглецы! — …Когда прочла, стала думать — почему? Ведь Цицерон был не только оратор, но и знаменитый юрист. И я подумала о вас — но так, мимоходом. Потом мне показалось странным совпадение: вы оставляете папку, звоните, и через пять минут ко мне вламывается этот Спиридон. Так что кое-какие догадки у меня были. Но уверенность появилась только здесь, когда я увидела вот это, — я кивнула на висящую на стене фотографию. — А! Это фото я держу как пропуск. У меня такое и на маленькой карточке есть, в бумажнике, — похвалился Жвания. — Без нашего депутата черта с два наладил бы я такое дело. Ведь через три границы товар перетаскивать надо, с ума сойти, сколько приходится на лапу давать! Себе бы ничего не осталось. Он все наладил, дал мне хорошую «крышу». Ясное дело, не бесплатно. — И много даете? — Ну все она хочет знать! Да зачем тебе — на том свете с Петром Петровичем поделиться, хе-хе? Могу и это сказать, если уж так приспичило… Однако мне не пришлось выяснить размер «гонорара» нашего народного заступника. Дверь открылась, и Спиридон вместе с давешним парнем внесли в комнату деревянный ящик — в таких перевозят стекло и другие хрупкие вещи. Я сразу поняла, для чего, вернее, для кого предназначен этот ящик, и ноги у меня предательски задрожали. Впрочем, этого уже никто не заметил — на меня не обращали внимания. Все действовали деловито, словно убивали людей каждый день (хотя, в сущности, почти так оно и было). Меня тщательно обыскали, изъяли все бумажки, которые я прихватила из кабинета. Затем в комнату вошли еще двое. Один держал в руках шприц. |