Книга Нежный призрак, страница 83 – Марина Серова

Он провел рукой по лицу и улыбнулся.

— Нам было некуда деваться, мы согласились на условия, но я несколько дней после этого старался не сталкиваться с соседом в квартире.

Соломон тяжело вздохнул и снова взялся за бутылку.

Я накрыла свою стопку ладонью:

— Пропущу.

Он не стал уговаривать и налил только себе.

— Мать, конечно, обо всем догадалась, – улыбнулся Соломон. – Или сама, или сосед ей все-таки решил рассказать… Но с тех пор я уже по-другому смотрел и на Отто, и на нашего соседа. Сосед, кстати, вскоре съехал, и вся квартира досталась нам.

— А чем болен Отто? – спросила я.

— Отто рос нездоровым ребенком. Голова варила, а вот тело не слушалось. Я даже диагноза точно не знаю, потому что мне – мелкому – это было ни к чему, а мама тоже не объясняла. В общем, возилась с ним, ездила с ним по врачам, но в какой-то момент перестала. Мама делала ему массаж и буквально учила делать первые шаги. Брат стал оживать. До двух лет на ноги не вставал, а если вставал, то стоял на месте, потому что позвоночник кривой, одна нога вывернута наружу, да еще короче другой. Зато к трем уже носился по квартире. Ну как носился? Если сравнивать с тем, что он вообще ходить не умел, то да, носился.

— У вас такие редкие имена, – заметила я.

— И фамилия тоже, – кивнул Соломон. – Мы немцы по национальности. Предки перебрались в Россию из Пруссии аккурат в конце девятнадцатого века, но многие были смыты революцией семнадцатого года. Кто-то вернулся домой, но Копенберги решили окончательно окопаться в этих краях. Мама жила с отцом в Питере, где мы с братом и появились на свет. Она рано умерла, скоротечный рак. И отец увез нас сюда, в горы. Решил обосноваться на новом месте, и у него получилось. Поэтому я не считаю себя ленинградцем. Нет уж, мы здешние.

— Ваш папа больше не женился?

— Думаю, он мог бы, но не захотел. Боялся. Мужики из рода Копенбергов отличаются тем, что подолгу ходят бобылями. Мы делаем выбор один раз в жизни и никогда не промахиваемся. Клянусь, мои предки ни разу не разводились и не уходили к другим.

— Слушайте, а ведь это очень интересно, – восхитилась я. – А где Отто сейчас? – спросила я.

Соломон даже бровью не повел.

— Не знаю, – будничным тоном произнес он. – Всю жизнь жил со мной, а три года назад решил уехать в город. Решил податься в Тарасов. Пусть попробует. Вдруг у него получится? Он давно хотел.

Он подвинул ближе бутылку с соевым соусом. Конечно, какой шашлык без него? Но на самом деле ему просто надо было на что-то отвлечься. Правда, скрыл он это плоховато.

— Ну а ты о себе расскажешь? – спросил Соломон.

— А со мной все просто, – я подцепила вилкой кусок шашлыка и положила на тарелку Соломона. Свою партию гастрономического удовольствия отправила на свою тарелку. – Родилась в Тарасове, живу в Тарасове, работаю там же.

— А кем, забыл? – нахмурился Соломон.

— Внештатный автор. Пишу статьи, очерки, а потом продаю их разным изданиям.

— Блогер?

— Ни в коем случае.

— Звучит чудесно, – похвалил Соломон. – Ты прогулялась по городу-то?

— Немного осмотрелась. Но пока еще толком не обжилась. Дайте время – в отель не загоните, – улыбнулась я.

— Ты ведь кого-то ищешь?

Вопрос не просто застал меня врасплох – я на мгновение потерялась в пространстве. Но только на мгновение.