Книга Непальская красная нить, страница 73 – Марина Серова

Я долго извинялась перед подполковником, благодарила его и клятвенно божилась больше не беспокоить достопочтенную госпожу Овчинникову. Мегера! Чует мое сердце, попортит она мне кровушки. Интересно, каким образом Дима собирается разговорить свою бывшую пассию? Она же за секунду проглотит такого мягкого и деликатного мужчину.

Ворчание Кири в трубке сделалось на десяток децибелов тише, чем я не преминула воспользоваться, чтобы порасспросить о новостях по убийству Землянского. Очистить имя Аллы и поймать угрожающего ей убийцу для меня сейчас в каком-то смысле важнее, чем вычислить ее текущее местопребывание.

— Что-нибудь есть новенькое? Может, какие факты всплыли? По ножу что?

— А что по ножу? – переспросил Кирьянов. – Нож как нож, я же говорил, нет на нем отпечатков.

— Но ведь это охотничий нож, на нем есть серийный номер, – не отступала я. – Разве номера холодного оружия не хранятся в отделе лицензионно-разрешительной работы Росгвардии?

— Нет! С чего ты взяла? Там регистрируют только огнестрельное оружие. Номер этого ножа и сведения о покупателе должны храниться в магазине, который оружие продал. Но у меня людей не хватит, чтобы проверить все магазины страны, где продаются охотничьи ножи. Вдобавок нож мог быть куплен другим человеком, а потом подарен убийце. У меня дома лежит отцовский нож, например. А батька мой, кстати, не любитель был охотиться, он этот нож в подарок от брательника получил. Вот дядя мой – да, он был заядлый охотник. Подарок тот сделал с намеком, мол, присоединяйся ко мне. Как видишь, такие вещи к владельцу через десятые руки порой попадают.

«А не спросить ли мне Первухина, вдруг у него дома хранился охотничий ножик?» Я помотала головой, отгоняя прочь коварную мыслишку, после чего еще семьдесят семь раз извинилась перед Кирьяновым и возобновила попытки дозвониться до Афанасьева.

Как вести допрос бывшего мужа Овчинниковой?

Фотографии Первухиной и Землянского показывать нельзя. Аллу он гарантированно примет за уборщицу Настю. Олега не опознает, если невиновен в его смерти, потому что вряд ли муж директрисы, свыше полугода не ходивший в центр просветления, помнит лица здешних клиентов, тем более что лицо принадлежит не сексапильной девушке, а бородатому скуфу. Если же Алексей причастен к смерти Землянского, то замкнется и оборвет общение. Заводить речь о пропаже документов тоже бессмысленно, независимо от того, выкрал их Афанасьев или кто-нибудь другой. Пусть сам проболтается.

Оставалось прорабатывать главное и единственное направление, ради которого я стремилась поговорить с Алексеем, – копать под Овчинникову. Скажу, что подозреваю ее в причастности к исчезновению Аллы Первухиной. Черт, я под Кристину все-таки копаю!

После двух пополудни Алексей ответил на вызов.

— Простите великодушно, – погладил меня вдоль спинки обольстительный баритон, – я был в бассейне и не слышал звонка. Обожаю плавать, а вы?

— Жить не могу без бассейна! На днях купила новый купальничек, очень оригинальный монокини от известного бренда, – без тени сомнения солгала я.

Плавать я любила, но утверждать, будто «жить не могу», – явное преувеличение. Вдобавок никакого купальника я с прошлого года не покупала. Выдумка понадобилась, чтобы разбудить воображение бабника. Уловка подействовала безотказно.