Книга Неродная кровь, страница 19 – Марина Серова

— Можно, матушка, – неожиданно заявил Венчик. – Знал я одного человека. Сбежал он оттуда. Бомжевал потом, да помер давно. От него люди все и знают, потому Анисовку это проклятую больше смерти боятся.

— Подожди, дай подумать, – сказала я и стала рассуждать вслух: – Дом запертый. Мужик тот, который собирался пять домов скупить, приезжал?

— Говорят, что с тех пор, как Кузьмичев пропал, не приезжал ни разу. То ли ждет, когда Нинка в наследство вступит, чтобы с новой силой на людей наехать, то ли не при деньгах уже – время-то какое? Может, он покупку такую уже и не потянет?

— А Нинка? Она приезжала?

— Нет, матушка! – уверенно ответил Венчик. – Ни разу! Дом пустой стоит, весь двор снегом заметен, никаких следов, кроме птичьих, нет, а собаку соседи приютили.

— Черт! – заорала я, вскакивая и мечась по кухне. – Сегодня суббота, завтра воскресенье, везде все закрыто, ни у кого ничего не узнать! Блин! Если Кузьмичев умер до августа, то Нинка уже вступила в права наследства и является полноправной владелицей дома, а проверить это я смогу только в понедельник. Если же Кузьмичев еще жив, то его нужно немедленно спасать, потому что если там действительно ад на земле…

— Хуже, матушка! – выразительно произнес Венчик. – В аду хоть знаешь, за что страдаешь, а здесь люди совсем безвинно мучаются.

— Ну хоть ты меня не науськивай! – огрызнулась я и, достав планшет, сказала: – Сейчас посмотрю, в каком районе этот дом престарелых находится.

Оказалось, что в Тепловском, и я облегченно вздохнула – полдела было уже сделано, потому что я неплохо знала начальника Тепловского райотдела полиции Игоря Олеговича Маркина.

Я полезла на дно сумки, где у меня лежала визитница, нашла в ней визитку Игоря, на которой он сам написал мне свой домашний номер, и позвонила.

— Ужель та самая Татьяна! – весело приветствовал меня Маркин, как когда-то при нашей первой встрече.

— Та самая, Игорь, и боюсь, что вам сейчас станет не до смеха, – остудила его пыл я. – Дом престарелых в Анисовке – это ваша территория?

— Да! А что с ним не так? – насторожился он. – Сигналов оттуда никаких не поступало.

— И не поступит! – заверила я его. – Покойники разговорчивостью не отличаются! И написать заявление в полицию не могут!

— Татьяна Александровна! Вы отвечаете за свои слова? – прогремел он.

— Вполне, Игорь Олегович. К величайшему моему сожалению. К вашему сведению, там насильно удерживают людей, от которых родственники хотят избавиться. И долго там люди не живут. Для вас это новость?

— Если это правда! – прорычал Маркин.

— Это правда, товарищ подполковник. Увы! Я искала одного человека, и оказалось, что дочь сдала его туда, преследуя свои меркантильные интересы.

— Я с этим разберусь, – твердо пообещал Игорь.

— Только, пожалуйста, очень аккуратно. А то ведь если там почувствуют опасность, то подожгут все, чтобы следы замести. Или вы не знаете, как по России дома престарелых горят?

— Татьяна Александровна! Не надо меня учить, как делать свою работу! – раздраженно заявил он. – Кажется, вы имели возможность убедиться в том, что у меня это неплохо получается.

— Игорь Олегович, вы не будете против, если я завтра утром подъеду, чтобы сразу же выяснить судьбу интересующего меня человека? Видите ли, этот человек владеет важной информацией, которая жизненно необходима моему клиенту. Кстати, может быть, вы разрешите, чтобы мой клиент тоже подъехал вместе со мной? Кто знает, в каком состоянии находится интересующий нас человек, если еще жив, конечно. Не исключено, что у меня и моего клиента будет единственная возможность с ним поговорить.