Книга Поиграли и хватит, страница 73 – Марина Серова

Единственное, о чем я умолчала, — это имя сообщника Бикбулатова. Не знаю, почему я его не назвала. Какая разница? Приедут — сами увидят. Майор Панков, конечно, попытался перейти на личности, но я брякнула, что это «не телефонный разговор». Не нашла ничего умнее!

— Ну, Иванова, с вами не соскучишься, — хмыкнул майор. — Оставайтесь на месте, слышите? Не смейте туда соваться! Вы и так уже заварили кашу. Вы меня поняли, алло?

— Алло!.. Алло!.. Извините, товарищ майор, я вас совсем перестала слышать. Очень плохая связь! — Я бросила трубку на рычаг.

Ну конечно: я же и оказалась виноватой. «Заварили кашу…» Кто ее заваривал-то?! Разве это у меня под носом преспокойно разгуливает по городу шпион, шантажирует, похищает и убивает людей?

Черта с два — оставаться на месте! Должна же я хоть одним глазком взглянуть на эту хибару. А если я ошибаюсь и Ольги там вообще не было? А если… если они ее уже убили? Если у Жени была назначена встреча с Рэем в аэропорту и они даже не собирались возвращаться в Смоленское ущелье? Что тогда?

Тогда — тем более: почему бы мне и не сунуться туда? Исправить я уже ничего не исправлю, но вдруг еще смогу чему-то помешать! К тому ж и чутье детективное: оно властно призывало меня «нюхнуть» поближе этот заброшенный лыжный домик. Что-то подсказывало, что сегодня вечером я непременно должна быть там.

— Вперед, — скомандовала я шоферу. — До большого перекрестка, а там направо.

Когда хозяин серого «Москвича» заглушил мотор в тихой улочке, не доезжая двух-трех поворотов до теннисного клуба, в Смоленском ущелье стояла кромешная ночь. Фонари считаются в этих местах большим шиком. Впрочем, на это я и рассчитывала. Только далеко позади, на трассе, и далеко впереди, на территории клуба, горели желтые огни. А на этой улице глухую тьму рассеивал лишь слабый свет из занавешенных окошек.

Я расплатилась с водителем и попросила его «на всякий пожарный» подождать меня здесь минут тридцать. Если к десяти я не вернусь, он может с чистой совестью отправляться тратить заработанные деньги. Он сказал, что обязательно подождет, и мы расстались лучшими друзьями. Звали его, кстати, дядей Сашей.

До того угла зеленого забора, где я вчера оставляла свою машину, мне удалось добраться не замеченной даже дворовыми псами. Припав к гладким доскам за кленовым кустом и слившись с окружающей средой, я несколько минут слушала и смотрела, почти не дыша. В конце концов мои глаза научились различать даже движения серой кошки, крадущейся вдоль забора. Вот тогда я и решила, что мне пора. А ну-ка, киса, уступи дорогу старшим!

Поравнявшись с кирпичным строением, я снова затаилась. Единственным звуком и по ту, и по эту сторону забора был шепот ветра, шушукавшегося с листвой. Отыскивая то щелочку между досками, то дырочку от сучка, я впитывала и визуальную информацию. Так, например, я определила, что со стороны забора флигель не имеет окон. А продвинувшись чуть дальше, смогла разглядеть то, что вчера, наблюдая с другого ракурса, не увидела и при свете дня — из-за высокого тополя, растущего почти вплотную к строению. К боковой стенке примыкала небольшая насыпь с маленькой дверцей — кажется, обитой железом. Вот уж не думала, что у «сарайчика», где нет даже отопления, имеется подвал!