Книга Криминальная принцесса, страница 36 – Марина Серова

— Сколько? – спросила я.

— Ну, месяцев восемь или около того. Но спектакль не был поставлен. Тогда я спросил Владислава, почему нет спектакля. Он ответил, что спектакля не будет, потому что там что-то не срослось. Возникли некоторые препятствия. Ну хорошо. Спектакля не будет. Тогда я попросил его вернуть деньги. Они ведь предназначались для этого спектакля. Верно? Владислав подтвердил. Ну а раз спектакля не будет, то логично, что деньги тоже не понадобятся. Я попросил Владислава вернуть их мне.

— А он не вернул деньги? – быстро спросила я.

— Владислав сказал, что этих денег уже нет. Я, естественно, вспылил. Мы с Владиславом несколько дней не разговаривали. Но потом он приехал ко мне в клуб, извинился. Объяснил, что в театре возникли непредвиденные расходы, вот эти деньги и были пущены на закрытие этих дыр. Но Владислав клятвенно меня заверил, что очень скоро мне все вернет до копейки. Я согласился подождать. Я не торопил Владислава, не настаивал на том, чтобы он как можно скорее вернул мне долг. Вот и все.

— А вы были уверены в том, что Владислав Дубовицкий вернет вам деньги? – еще раз задала вопрос, который ранее уже задавала. – Где бы он их взял?

— Так ведь кроме меня театру помогают другие бизнесмены. И у Владислава были еще и заграничные гастроли. Это тоже деньги и немалые. Он как-то сказал, что география гастролей постепенно расширяется. Так что…

— А вот с этого момента расскажите поподробнее, – попросила я.

— А что я вам могу рассказать? – Подбельский пожал плечами. – Я не знаю всех подробностей. Владислав как-то мельком упомянул, что ему удалось наладить бизнес с европейскими странами. Насколько я понял, суть состояла в том, что молодые актрисы ездили в эти страны на гастроли, принимали участие в каких-то представлениях. Вот эти гастроли финансировало как раз Управление культуры. Ну хоть что-то Управление финансирует. Собственно, вот и все, что я могу сказать по этому поводу. Я вообще не вникал в эту тему, просто слушал, что Владислав рассказывал, вот и все. Правда, у меня сложилось такое впечатление, что с этими гастролями что-то не то.

— В каком смысле? – насторожилась я.

— Ну, когда Владислав сказал, что в Управлении эти гастроли курирует некий Александр Чередниченко, заместитель начальника. А он, насколько мне известно, весьма мутный товарищ.

— Но что заставляет вас так думать об этом Чередниченко? – спросила я.

— Я бизнесмен. Так вот, я бы не только не стал вести с ними дела, если бы пришлось, но… я не стал бы с ним просто общаться. Вот как-то так. Точнее объяснить я, наверное, не смогу. И… больше я ничего не могу вам сказать. И поверьте, я ни в какой мере не причастен к убийству Владислава.

Я и сама это понимала.

— Хорошо, я вам верю, Геннадий Олегович.

Я вышла из ресторана и поехала домой. Только войдя в квартиру, я поняла, как сильно я устала. Теперь легкий ужин, душ и спать, спать, спать.

Утром я проснулась и в темпе совершила все утренние дела: контрастный душ, легкая разминка для поддержания физической формы и завтрак. После завтрака я позволила себе выпить чашечку кофе. А вот сигарету выкуривать не стала – некогда.

Я стала продумывать план своих действий. Сначала я поеду в консерваторию: надо будет проверить алиби Владимирцева. Действительно ли он задержался после прогона спектакля и покинул консерваторию уже на рассвете, как он утверждал? А потом уже поеду в Управление культуры и поговорю с Александром Чередниченко – заместителем начальника этого ведомства. Если хватит времени, выловлю загадочную Регину и расспрошу по поводу ее истеричной реакции.