Книга Круто закручено. Дамские штучки, страница 53 – Марина Серова

Мы выпили по рюмочке. Вино было приторно-сладким и довольно противным. Не люблю я очень сладкие вина. Но пришлось пить. Это же она своеобразные поминки по мужу справляла: и рассказом своим, и приторно-сладким вином.

— Все началось с полгода назад, – начала рассказывать моя собеседница. – Смотрю, однажды мой Сережа себе другую прическу сделал. Раньше длинные волосы носил и пробор слева, а сейчас коротко подстригся и сделал зачес назад. И костюм себе купил серый, довольно дорогой костюм, не по нашим доходам. С этой прической и в этом костюме он сразу стал походить на Евгения. Точная копия, не разберешь. Я спрашивать ничего не стала. Он у меня не любил, когда его расспрашивают. Ну, думаю, слава богу, помирился наконец с братом. Они ведь всю жизнь не ладили. Кто в том виноват, не поймешь, но мне это очень не нравилось. Вот и хорошо, думаю, что помирились, а то мы и в гости перестали друг к другу ходить. Родственники ведь, а живем как чужие. Евгений, ты ведь знаешь, работал на фирме «Химсинтез», вот я и понадеялась, что и моего к какому-нибудь делу приспособит. Сергей вообще-то мужик работящий был и тоже химик, они с братом на одном курсе учились. Только у Женьки дело как-то сразу в рост пошло: аспирантура, то да се. Потом стал лабораторией заведовать в научно-исследовательском институте. А Сергей на завод пошел. Тоже старался, в три смены работал, грамоты ему давали по праздникам, но выше мастера так и не поднялся. А потом, когда заводы стали закрываться, он вообще не у дел остался. И с тех пор мотался с одной работенки на другую. То его работа не устраивала, то он по своему характеру начальству не подходил… А то вроде все складывалось, и он подходил, и работа устраивала, но деньги не платили. Сама знаешь, как это сейчас бывает. А жить ведь на что-то надо. Одним словом, ничего хорошего. Давай еще, что ли, по стопочке примем…

До чего же мне не хотелось пить эту сладкую гадость, но пришлось. Побоялась, что если не стану пить, тои она рассказывать перестанет. Так что выпили мы еще по рюмке и по конфетке съели.

— Время шло, а Сережа на настоящую работу так и не устроился. И с Евгением по-прежнему не общался: в гости не зовет, по телефону не звонит и вообще о брате ни слова. А деньги дома появились. Не так чтобы уж много, но жить стало легче. «Где это, – спросила я его, – тебе так хорошо платить стали, за какие успехи в труде?» Он только посмеялся: «Раз платят, значит, успехи есть…» Но ничего толком так и не рассказывал.

Галина замолчала на минуту, будто вспоминая мелочи своей семейной жизни, а потом продолжила:

— И вот однажды, муж немного выпивши был, расхвастался: «Я, говорит, людям работать и жить помогаю. Можно сказать, целую организацию содержу. Они сейчас все от меня зависят и на моем горбу прямиком в рай едут». Я, конечно, стала расспрашивать, что да как? А он хвост распустил, как павлин, и остановиться не может. Он, оказывается, стал работать как бы связным между двумя фирмами. Они, эти фирмы, – «Менделеев» и «Химсинтез», в свое время от одного института отпочковались, как Сергей рассказал, и начали работать приблизительно в одном направлении. Только у «Химсинтеза» дело сразу пошло хорошо, а у «Менделеева» забуксовало. И до того у них дошло, что хоть фирму закрывай и всех распускай. А там тоже люди работают, у каждого семья, дети, жить как-то надо…