Книга Невеста-вдова, страница 89 – Марина Серова

— Вас могли заметить, – подсказала я. – Вы же не невидимки.

Людмила прерывисто вздохнула.

— Я не смотрела по сторонам, когда шла в номер, – сказала она. – Костя, думаю, тоже.

— А если постараться вспомнить? Официант, уборщица, кто-то из друзей встретился по пути?

— Мы ушли тихо, никого не предупреждали. Не помню, что по дороге встретили хоть одного человека.

— Ушли вместе?

— Да.

— И вас никто не видел? Бывает, знаешь, что кто-то заметил твое отсутствие.

— Нас никто не видел. А если и видел, то не запомнил.

Людмила отвечала кратко, словно хотела поскорее закрыть тему. Громов мог вернуться в любой момент, и если это произойдет, то я вообще ничего не добьюсь. Но пока его не было, и я должна была попытаться вытянуть из нее все, что говорило бы о ее непричастности. Или понять, что она имеет отношение к смерти шефа. Людмила его обожала и рыдала, узнав о том, что произошло.

Зная историю ее знакомства с Ильей, можно было предположить, что она действительно многим ему обязана.

Но была и другая сторона. Стокгольмский синдром. Людмилу и Шейнина могли связывать иные отношения, о которых никто не знал, кроме них. Находясь в роли жертвы, Людмила в какой-то момент захотела освободиться и, подгадав момент, избавилась от Шейнина. Громов, который обожает свою жену, мог ей в этом помочь. А потом оба в один голос следствию выдают придуманную историю о том, что не помнят, где находились.

Обстоятельства на их стороне. Вокруг нетрезвые гости. Звучит громкая музыка, звенят пустые бутылки, все расслаблены. О каком контроле за собой может идти речь? Какие свидетели, о чем вы? Они под градусом, веселятся и не смотрят на других.

Очень удобный момент для свершения грязных дел.

— Вам нужно подтвердить свое алиби, Людмила, – сказала я.

Внезапно ее лицо просветлело.

— Есть у нас доказательства, – горячо прошептала она. – Есть! Как я могла забыть? Но они такие…

— Какие?

— Личные.

Она пока не догадывалась, что я не просто болтала с ней, а вела самый настоящий допрос. И пока Людмила не очнулась, нужно было заполучить все, о чем она говорила.

— Ну вот, – облегченно вздохнула я. – Просто предоставишь их следователю, и все. Тем более что он сейчас в отеле.

— Доказательства у Громова в телефоне. Видео. Поняла, о чем говорю?

Я поняла. Домашнее видео или фотографии интимного характера как подтверждение вечной любви между участниками процесса.

Если бы она знала, сколько грязи выливается потом на людей из-за наличия подобных артефактов. Это не только говорит о человеческой близости – это может разрушить жизнь любого, кто имеет какое-то отношение к случайной фотографии, сделанной ради смеха. Но в данной ситуации видео, о котором вспомнила Людмила, реально могло снять с нее и ее мужа обвинения в убийстве. А это дорогого стоит.

— А он его не удалил?

— Он их никогда не удаляет, – уверенно ответила Людмила.

— Тогда дай бог, чтобы не слетело само. Там указано время съемки, и если оно совпадает с предполагаемым временем смерти, это и будет вашим алиби. А долго вы пробыли в номере?

— Примерно час.

— Ого!

Люда слегка покраснела.

— Он любит, чтобы долго и красиво, а не раз-два, – ответила она.

— Да кто ж не любит? – улыбнулась я. – Люда, это не очень крепкое, но вполне достойное алиби. У вас есть хоть что-то. Расскажите об этом следователю.