Онлайн книга «Идеальный гражданин»
|
— Мы приехали с оперативной бригадой вместе с пожарными, кто-то из соседей заметил дым и вызвал помощь. Подожгли здание, очаг возгорания был в комнате с документами. Так что здание потушили, но бумаги теперь невозможно восстановить. — Понятно, кто-то упорно заметает следы… Жогин явно действовал не один, у него есть сообщники, которые принимали участие в финансовой схеме с бездомными. — Ну, будем искать теперь улики на месте возгорания, – в голосе следователя послышались плаксивые ноты. – Здесь ужасно воняет, у меня голова раскалывается от запаха, и я ужасно перемазалась. Мама будет в шоке. Мне стало жаль Людочку. И правда, ей досталась самая грязная работа. Мельников рыщет по Тарасову в поисках пропавшей Мишиной, Рядкина ползает среди мокрого пепла, а я сейчас буду просто есть и пить, наблюдая за гостями на поминальном банкете. Ну, тут уже каждый выбрал работу по душе. Гости на поминках в большом торжественном зале кафе тем временем не стеснялись: звенели приборы, раз за разом опрокидывались в рот рюмки без звонкого чоканья, бесшумные официанты приносили новые блюда, плотно заставляя стол угощеньем. Горе утраты совсем не мешало гостям усердно работать челюстями. Да и изобилие на столе поражало. Щедрые масляные куски красной рыбы чередовались со стопками блинов, к которым подавалась красная и черная икра, нарезки из редких сыров, огромные фруктовые клумбы, ассорти из пышной выпечки. Я вспомнила, что опять пропустила все завтраки и обеды из-за разъездов по городу. А при виде зажаристых боков фаршированной щуки мой желудок предательски заурчал. Я нашла местечко недалеко от Анны и принялась за румяную утку, запеченную в яблоках, косясь на гостей. Время от времени кто-нибудь начинал рассказывать историю об Андрее, вспоминая о его благородных делах, веселом нраве, долгой работе на «Скорой помощи». Рассказчиков я не слушала, а внимательно водила глазами по лицам гостей. У кого мелькнет усмешка или вспыхнут глаза от злости, а может, кто-нибудь не сдержит эмоции и насмешливо покачает головой «нет, все это ложь, он не был таким идеальным, как вы тут рассказываете». Но единственный, кто реагировал с раздражением на воспоминания о «хорошем» Андрее, – это его жена. Во время каждого рассказа или воспоминания Анна не могла сдержать себя и передергивала плечами, крутила без остановки приборы в длинных пальцах, закусывала губы до красных отметин. Если бы я не видела полчаса назад ее в объятиях другого, то просто решила бы, что вдова страдает и не может даже есть из-за смерти мужа. В отличие от Анны, у меня разыгрался зверский аппетит, и я уничтожала одно блюдо за другим. Ароматные копченые свиные ребрышки, золотистые куски окорока, огромные порции антрекота. Я уже задыхалась от чревоугодия, а блюда все не заканчивались, услужливый официант все подливал мне в бокал свежий морс с кусочками фруктов. От сытного обеда на меня накатила усталость, мысли двигались лениво, да и остальные гости тоже затихли. Все разбились на кучки и обсуждали вполголоса обстоятельства смерти Андрея, подробности его скандального развода, поглядывая с интересом на Анну, которая застыла черным изваянием в центре застолья. Я решила прогуляться по залу, присмотреться к гостям, что сидели в дальних уголках зала. За одним краем застыла с печальными лицами вся бригада «Скорой помощи», с которой работал Андрей: водитель, фельдшер Евгения и, видимо, остальные коллеги Жогина. Я засмотрелась на незнакомые лица и неловко задела тяжелую кожаную папку на барной стойке. Толстенное меню шлепнулось под ноги и прошелестело яркими страницами. Услужливая официантка бросилась ко мне: |