Книга Исполнитель опасных желаний, страница 126 – Марина Серова

Я остановилась за пару метров перед обрывом, а Элан подошел почти к самому его краю. Гриша стоял рядом с ним. Элан снял с себя увесистый рюкзак и поставил его на землю. Потом открыл его и извлек металлический цилиндр средних размеров.

Это была урна, в которой находился прах их друга.

Из кармана рюкзака Элан достал отвертку и открутил у цилиндра болты. Открыл крышку, взял урну в руки и подошел почти к самому краю.

— Подожди, – тихо сказал Григорий и засунул руку в урну.

Взяв горсть праха, он постоял несколько секунд, при этом беззвучно шевеля губами. На его глазах выступили слезы. Потом взмахнул рукой и развеял прах над рекой.

Элан поступил точно так же. Потом перевернул урну и вытряхнул над обрывом остатки праха, который тут же развеялся над Волгой, подхваченный вдруг неожиданно усилившимся ветром.

— Это было его желание, – тихо сказал Элан.

— Да, – ответил Григорий. – Я помню, нам было лет по пятнадцать, когда он вдруг высказал это свое желание. Что если он умрет первым, то мы должны его кремировать и его прах развеять над морем или над рекой.

— Он словно чувствовал, что долго не проживет в этом жестоком мире. Марк… Миша… Что же ты наделал?..

Друзья еще некоторое время молча стояли у обрыва, грустно смотря на гладь широкой реки. Затем Григорий, обернувшись ко мне, сказал:

— Татьяна, спасибо тебе за все. Ты настоящая девушка-воин. И ты все сделала правильно. А смерть Марка… наверное, это было лучшим выходом для него.

Я ничего не ответила, а лишь молча кивнула.

— Я вас оставлю, – сказал Григорий. – Пойду посижу под деревом. Как будете возвращаться, позовите меня.

Я села на траву, Элан подошел ко мне и сел рядом.

— Как тут красиво, – произнес он. – Я даже не знал, что здесь есть такое место. Надо обязательно его нарисовать. На память.

— Как то самое место у речки, мост и деревья?..

— Да. Та самая картина, которую ты назвала «Мордовия», – Элан улыбнулся. – А на самом деле это то место, где я всегда ждал свою маму. Почти каждый день я бежал к этому мосту и встречал там маму, которая всегда несла мне бидон с парным молоком. Но в один страшный день я ее не дождался, осмелился пойти на ферму и… Увидел свою маму, она лежала в скрюченной позе в одном из корпусов, где доили коров. Вокруг нее была лужа крови, а рядом валялся бидон с разлитым молоком. Молоко, которое смешалось с ее кровью…

Я молча обняла его за плечи и прижала к себе, словно маленького мальчика.

— Я так и не понял, за что ее убили. Наверное, они все вместе выпили, что-то не поделили, и эти подонки ее зарезали. Может, это сделал кто-то один из них, я не знаю… Да это уже и не имеет значения. – Элан замолчал на полминуты, а потом добавил: – Марк отомстил за смерть моей мамы.

— Может, не стоило продавать ту картину тому старичку? – спросила я только для того, чтобы отвлечь его от грустных воспоминаний.

— Да брось, – отмахнулся он. – Та картина была для продажи. Думаешь, у меня больше нет похожей картины?

— Ну, тогда это меняет дело. Как твоя нога?

— Да нормально. Как видишь, уже почти не хромаю. Шовчик аккуратный сделали, да и вообще шрамы, как известно, украшают мужчину.

— Согласна.

Через некоторое время я спросила:

— Почему ты стал именно Эланом?

— Потому что я всегда хотел сменить имя. Мне казалось, что со сменой имени изменится и моя судьба. Имя Элан мне всегда нравилось. Оно означает «дерево». Дерево жизни… Моего отца звали Амар, он был даргинцем, правда, я никогда его не видел. Он был в командировке в нашем городке и стал встречаться с моей мамой. А потом уехал и больше никогда в наших краях не появлялся. А фамилия… Фамилию я взял, можно сказать, от балды. Так и появился Бахтуров Элан Амарович.