Книга И грянул выстрел, страница 92 – Марина Серова

— Алло, – сказала я.

— Татьяна Александровна? – раздался женский голос.

— Да, это я.

— Татьяна Александровна, доброе утро, это Анастасия Черемысленникова. Помните, мы говорили с вами об аудиторской проверке компании?

— Да, конечно. Как обстоят дела в этом плане?

— Аудит закончен, Татьяна Александровна, данные о состоянии компании у меня. Но это, сами понимаете, не телефонный разговор.

— Конечно, не телефонный разговор, понимаю. Вы сейчас где находитесь? В коттедже?

— Нет, я в городе, недалеко от нашего офиса.

— Тогда давайте с вами встретимся, – предложила я.

— Хорошо, – согласилась Анастасия. – Где именно?

— Около офисного здания, если мне память не изменяет, находится кафе «Лира».

— Да, есть такое кафе.

— Я подъеду туда минут через десять, – сказала я.

— Я буду вас ждать, – сказала Анастасия и отключилась.

Я в темпе оделась, причесалась и нанесла дневной макияж. Потом спустилась во двор и, сев в свою машину, завела мотор.

Анастасия уже была в кафе и сидела за столиком у окна. Перед ней стояла чашка с дымящимся чаем. Надо мне тоже что-нибудь заказать. Чай я пить не буду, а вот пирожное и апельсиновый сок не помешают. Проходя мимо кассы, я подозвала официантку и сделала заказ.

— Отнесите вон на тот столик у окна, – попросила я.

— Хорошо, сейчас все сделаю, – откликнулась молодая симпатичная девушка.

— Еще раз доброе утро, Анастасия, – поздоровалась я, отодвигая стул и садясь за столик.

— Не совсем оно доброе, – заметила девушка.

— Вы имеете в виду результаты проверки, – высказала я догадку.

— Да. Собственно, как я и сказала вам с самого начала, в нашей компании незадолго до убийства Александра Кирилловича стали происходить непонятные вещи. Компания понесла значительные убытки. Как и предполагал папа, кто-то уводит средства с наших счетов.

— Так, Анастасия, подождите. Вы говорите, что кто-то уводит деньги компании, то есть, попросту говоря, ворует.

— Да, именно так, Татьяна Александровна. Причем он ворует так, что не подкопаешься и не придерешься. И следов никаких не оставляет. Да даже если бы и оставлял, как их найти?

— Значит, следов никак не найти… – в задумчивости сказала я.

— Да, он, видимо, сообщает наши счета другим компаниям, а они перебрасывают средства на подставные фирмы-однодневки. Представляете, такая фирма «живет» менее суток. А потом самоликвидируется.

«И получается, что этот «кто-то», чтобы скрыть следы…» – какая-то мысль мелькнула у меня в голове, но, не успев оформиться, исчезла…

— Анастасия, скажите мне вот что: кто, кроме вас, знает о результатах аудиторской проверки?

— Никто, только я. Вы же просили, чтобы я никому не говорила.

— Правильно. И продолжайте молчать. По крайней мере, еще какое-то время. Мне необходимо будет кое-что уточнить. Да, а ваш коммерческий директор в курсе того, что аудит уже проведен?

— Нет, я попросила специалиста, который этим занимался, не обнародовать пока результат. Я правильно сделала, Татьяна Александровна?

— Вы сделали все абсолютно верно, Анастасия.

— Да, вот что я еще нашла в кабинете папы, Татьяна Александровна, – Анастасия вынула из сумки и подала мне записную книжку. – Это папина «записнушка», как он ее называет, – пояснила Черемысленникова, – она лежала на столе в его кабинете.

Я перелистала маленькую книжечку. Несколько ее страниц были исписаны цитатами из «Бриллиантовой руки», а один листок был вырван. Ну, тот самый, где было написано про «идиота».