Книга Выше только звезды, страница 101 – Марина Серова

— Он может поехать из больницы к своей матери.

— Не думаю. Любовь Александровна живет в однокомнатной квартире со своим вторым мужем. Она сошлась с ним лет пять тому назад, после смерти Олега Васильевича. По-моему, Дима до сих пор не может с этим смириться.

— Сколько же лет матери Хохлова? – полюбопытствовала я.

— Уже лет шестьдесят, но старушка очень хорошо выглядит, следит за собой.

— Понятно. Значит, место действия – ваша дача в Уткине. А вот со временем пока что полной ясности нет. Было бы неплохо, если бы Касаткины позвонили Карине до того, как его выпишут.

— Танечка, вы уверены, что этой девушке можно доверять?

— Уверена. Гакаева так напугана перспективой предстать перед судом, что сделает все, чтобы этого не случилось. Кроме того, я поставила ей в мобильник «жучок», так что все ее разговоры под контролем.

Мы с Косицыным обсудили еще кое-какие детали и разъехались по домам. Я первым делом проверила, разговаривала ли Карина по мобильному телефону и о чем. Состоялся всего лишь один коротенький разговор, не имевший никакого отношения к нашему делу.

Касаткины недолго томились неизвестностью. Маша позвонила своей подружке на следующий день после обеда.

— Карина, привет! Как дела?

— Привет! Все нормально, – ответила та и замолчала.

— А поконкретнее нельзя? Ты звонила сегодня в больницу?

— Звонила, но мне сказали, что справок по телефону не дают, – выдержав паузу, Гакаева добавила: – Поэтому мне пришлось туда съездить.

— Ты что, дура?! – «обласкала» ее Касаткина. – Я же предупреждала тебя: не суйся больше в больницу! Ты чем слушала?

— Маш, ну я же как лучше хотела, – стала оправдываться Карина. – Ты просила узнать, как Хохлов себя чувствует, и я узнала.

— Ну и как? – осведомилась ее собеседница, несколько поостыв.

— Нормально. Его на этой неделе выпишут.

— Ты уверена?! – переспросила Мария, не поверив своим ушам.

— Уверена.

— А он апельсины ел?

— Да кто ж его знает! Я их вчера передала, а что там дальше было, неизвестно, – вполне натурально сыграла Гакаева.

— Понятненько, – разочарованно протянула Касаткина. – Слушай, от кого ты узнала, что его выписывать собираются? Это точная информация?

— Точнее не бывает. Я одного медбрата попросила узнать насчет Хохлова.

— Что?! Какого еще медбрата? – вмешался в разговор Сергей. – Карина, ну ты точно бестолковая! Тебя же предупреждали – не лезь на рожон. Ты бы еще к лечащему врачу Хохлова обратилась!

— Все нормально. Этот медбрат не из токсикологии, а из хирургического отделения, – пояснила Гакаева.

— Где ты его подцепила? – в разговор снова вклинилась Машка.

— Пока я стояла около корпуса и думала, что мне делать, он шел мимо, приостановился и начал ко мне клеиться. Вот я и решила этим воспользоваться и попросила его сходить в токсикологию, в седьмую палату, на разведку.

— И он не задал тебе никаких вопросов?

— Я наплела ему с три короба, он и уши развесил.

— Ну, это еще куда ни шло, – судя по ее интонации, Касаткину этот ответ удовлетворил. – Этот медбрат ни о чем таком больше тебе не рассказывал?

— Ты это о чем?

— Да обо всем. Может, он тебе еще о чем-нибудь, кроме того, что Хохлова выписывают, сказал?

— Маш, вы оба с Серым какие-то странные! То ругаете меня за то, что я сама в больницу пошла, то вам подробности разные нужны, – Карина сделала интригующую паузу.