Книга Девушки любят похолоднее, страница 95 – Марина Серова

— Лена была очень возбуждена, испугана, она рассказывала мне о том, что вы заставляли ее признаться в убийстве Светланы Измайловой, – эти слова Максима меня очень заинтересовали.

Зачем молодому человеку нужно врать? Он не знал, что я записывала их разговор и могу вывести его на чистую воду.

— Ты можешь сказать конкретно, о чем она говорила перед тем, как попасть в аварию? – Я по-прежнему сохраняла спокойствие, а Максим даже и не старался скрыть волнение. Я еще раз внимательно посмотрела ему в глаза. Он попробовал выдержать мой взгляд. И в этом ответном взгляде я прочитала отнюдь не любовь.

— Да не помню я! Я знаю только, что уговаривал ее остановиться, поговорить, а она вдруг вывернула руль и врезалась в троллейбус, – взорвался Максим.

— Так, может быть, это ты виноват, что она пошла на этот сумасшедший шаг? Если бы не жужжал у нее под ухом, она бы и не разбилась? – Я в отличие от собеседника сохраняла железное спокойствие.

— А если бы вы не приставали к ней, она вообще не стала бы психовать!

— Не стала бы приставать я – вопросы начали бы задавать следователи, – в отличие от Максима я все понижала голос.

— Да ваши следователи и не додумались бы ничего спросить!

— Значит, ты считаешь, что я на правильном пути? Или точно знаешь?

Мне показалось, что Максим сейчас бросится на меня. Но он взял себя в руки. И начал говорить, что Лена, возможно, сейчас там умирает, а мы перемываем ей косточки. Я, конечно же, не согласилась и объяснила, что мы не просто перемываем косточки, а пытаемся выяснить, оправданно ли его заявление, будто это я довела девушку до самоубийства, как он сообщил милиции.

Молодой человек заявил, что действительно так считает и сожалеет, что правоохранительные органы не приняли никаких мер.

— А ты тут совсем ни при чем? – задала я вопрос в лоб. – Почему ты не вырвал у нее руль и не вывернул в правильную сторону? Ты же очень хорошо водишь машину! Я убедилась в этом, когда увозила Женю Ножкину с турбазы и пыталась от тебя оторваться.

— Я пробовал, – вновь начал горячиться Максим, – но у меня не получилось!

— Максим, а что тебя связывает с Леной? Тоже любовь? – Я резко сменила тему разговора.

Куркин слегка растерялся, а потом начал говорить, что пока Чесноков в КПЗ, он должен заботиться о девушках, чтобы не распался коллектив, чтобы подготовиться к гастролям.

Я продолжала настаивать на вопросе о Лене, передала наш разговор с ее сестрой, а потом спросила в лоб:

— Почему Лена говорила сестре, что ты убеждал ее в своей любви? Насколько мне помнится, мы с тобой при первой встрече выяснили, что ты любишь Женю.

Куркин покраснел и зверем посмотрел на меня.

— Это мое дело, кого я люблю! Я не обязан вам отвечать, отстаньте от меня!

— Ну хорошо, – согласилась я. – Кого ты любишь – это действительно только твое дело. Но ты не мог бы сказать, когда в среду Лена ушла от тебя?

Вопрос этот я задала, как говорится, наобум, повинуясь шестому чувству – я ведь знала только о том, что Лена в ту ночь не ночевала дома, – и оно меня, как всегда, не подвело.

— В какую среду? – Интересно, Максим сделал вид или действительно не понял, о чем я его спрашиваю?

— В ту среду, когда была убита Светлана Измайлова, – уточнила я.

— А с чего вы взяли, что Лена была в ту ночь у меня? – удивился Куркин.