Книга Дом раненых сердец, страница 52 – Марина Серова

— Пожалуй, ты прав, Даня, – задумчиво сказала я. – В любом случае большое тебе спасибо, ты мне очень помог. Теперь, после твоего рассказа, очень многое прояснилось и встало на свои места.

— Я рад, Таня, что смог помочь тебе. Ну, удачи тебе.

— Спасибо, Даня.

После разговора с Ляховецким я подумала и решила, что есть смысл снова наведаться в ночной клуб «Оазис». Ведь именно там видели Елизавету Донникову, а после она нигде больше не появлялась, ни дома, ни в университете. Можно допустить, что учеба и получение высшего образования Елизавету не интересовали от слова «совсем». Возможно, что ее новое увлечение – Станислав Сошественский – вовлекло девушку в любовный водоворот настолько, что ей не хотелось никакой связи с внешним миром. Отключила Елизавета свой смартфон и наслаждается сейчас где-нибудь новыми отношениями. Но с другой стороны, нельзя сбрасывать со счетов то, что Станислав принимает наркотики, об этом уверенно говорил Константин Стародубников – экс-друг Станислава и экс-бойфренд Елизаветы. Возможно, что Елизавета уже успела, как говорится, «подсесть» на наркотическое зелье. Конечно, срок употребления наркотиков у девушки не такой уж и большой, но тем не менее помощь ей определенно требуется.

Я завела мотор и поехала к ночному клубу. Я подъехала на парковку, но сразу выходить из машины не стала. Надо было составить план, к кому конкретно мне лучше обратиться. В принципе, нужные мне вопросы я уже задавала и бармену, и охранникам. Однако сколько-нибудь определенных ответов на них я так и не получила.

Был еще один момент, который не давал мне покоя: ведь никто из тех, с кем я беседовала, не видел, как Елизавета ушла из «Оазиса». А что это может означать? То, что Донникова еще может находиться в этом заведении. А в каком качестве Елизавета может находиться в «Оазисе»? Если «Оазис» не просто ночной клуб, где развлекаются молодые люди, то это одно дело. Но что, если это подпольный притон, где торгуют женским телом? Не исключено, что Донникову могли там удерживать насильно, вопреки ее воле. Схема здесь очень простая: Елизавету могли накачать наркотиками, а потом, когда произошло привыкание, она уже будет готова работать проституткой просто ради того, чтобы получить дозу.

Я набрала Владимира Кирьянова.

— Володь, привет, это я, Татьяна. Послушай, тебе известно что-нибудь о ночном клубе «Оазис» в плане подпольной проституции? Не фигурирует ли это заведение как нелегальный бордель? – спросила я.

— Вроде бы нет. Во всяком случае, мне ничего об этом не известно.

— Слушай, а может, спросишь, кто курирует эту тему?

— Спрошу, но тебе придется подождать.

— Само собой.

— Тогда жди.

Я отключилась, но вскоре мой сотовый запиликал.

— Алло, – сказала я.

— Тань, слушай, я тут пообщался с ребятами по твоему вопросу, – сказал Владимир.

— И? – воскликнула я в нетерпении.

— Да нет, ничего такого криминального в отношении этого заведения замечено не было. Да, конечно, разжиться наркотой в «Оазисе» вполне возможно, но это дело не приняло серьезный оборот. По мелочи, само собой, там происходит такое. Просто, понимаешь, уследить за каждой мелочью нет никакой возможности. Ну а что касается проституции, то случаев таких не было. Вот и все, что я могу тебе сказать.

— Спасибо тебе, Володь, – поблагодарила я друга и нажала на отбой.