Книга Дорога в алмазах, страница 87 – Марина Серова

— Соскучился… – Он протянул мне букет. – Я тогда сильно нервничал, нагрубил тебе, прости.

— Ты сейчас о каком моменте грубости говоришь? Я, знаешь ли, немного запуталась в ней.

— Тогда, перед твоим отлетом, я пришел не совсем трезвый… – Ему было неудобно оправдываться перед толпой людей, среди которой мы стояли.

— А, только тогда… Твои сообщения мне на Кипр были не менее странными и отталкивающими. Я тебе фото с солнечным приветом, а ты мне холодный текст, например.

— Ты ошибаешься, я не мог писать тебе на Кипр, потому что потерял телефон в тот злополучный день…

— Тогда кто мне от твоего имени присылал сообщения на почту? – Вот это уже интересно.

Сергей замер. В его глазах застыло странное выражение. Он подошел ко мне вплотную, обжигая горячим льдом.

— Я бы никогда не сделал тебе больно, Танюш. – Он посмотрел на мои губы, потом в глаза и тихо спросил: – Все-таки я для тебя что-то значу?

Мужчинам так важно самоутверждение во всем: в бизнесе, в первенстве, в любви. Мне порой кажется, что весь мир состоит из одних только самоутверждений. Почему я должна сейчас отвечать ему? Скажу «да», чтобы не обидеть, он начнет считать себя утвердившимся в обладании мной, скажу «нет» – раню гордость или оттолкну, промолчу – дам надежду. И все? У меня три варианта? А если у меня сейчас нет настроения ни на что? Я думаю о работе, о незаконченном деле, о потерянном алмазе. Могу ли я рассчитывать на понимание? Вряд ли, но попытаться стоит.

— Сереж, я не могу сейчас говорить о наших отношениях, все слишком запутанно. Моя работа требует внимания, казусы с твоими сообщениями тоже заставляют меня нервничать, и вообще, – я указала на свою ногу, – у меня производственная травма, мне нужно прийти в себя, в конце концов. Не нужно спешки, хорошо?

Он просто кивнул, оставил букет у меня в руках и молча пошел на выход.

Почему же я не удивлена?

— Свадьба расстроилась? – Киря подкрался незаметно и, как в тот раз, шепнул мне на ухо.

— Вроде того. – Я встряхнулась. – Подвезешь в ювелирный салон, а то неудобно с рюкзаком стоять, наполненным миллионами.

— С корабля на бал, значит, ну ты даешь!

— Как будто сам не на работу.

— Верно подмечено. – Он подмигнул мне по-свойски.

Степан Петрович уже ждал меня у парадного входа. Мою перебинтованную конечность и странную походку он заметил сразу, тут же предложив организовать поездку в санаторий для восстановления.

— Спасибо, может, я и соглашусь. Но сначала давайте к делу. – Мы заперлись в его кабинете, и я сняла рюкзак. – Здесь два с половиной миллиона, Никос вам уже доложил, наверное.

— Да, он звонил. Мне показалось, что он нервничает. Что-то случилось?

«Да вы еще спрашиваете…»

Я достала смартфон и включила видео с признаниями Деметриу.

Степан Петрович внимательно просмотрел ролик несколько раз и по своему обыкновению схватился за сердце.

— Столько лет этот парень, приемыш Деметриу, находил в моем лице друга, помощника и благотворителя. Он вырос у меня на глазах. Что же это такое?!

— Видимо, это семейное. Сыновья либо падают в глазах отца, либо пытаются заслужить доверие… – Я ненароком вспомнила старика. – В общем, Степан Петрович, это видео я передаю вам. Сами решайте, что с ними там делать. Это в мои задачи не входит. Деньги за яхту у вас, а значит, аванс Родионову вы теперь в состоянии вернуть. Ну, и алмазы…