Книга Дорога в алмазах, страница 41 – Марина Серова

— Уважаемая Татьяна, не могли бы вы поделиться вашими соображениями? – Приторно-сладкий голос Родионова вырвал меня из размышления.

— Думаю, нам с вами не о чем говорить. Вы не только не исполняете свои обещания, но и имеете свойство подставлять людей в беде. Ту утонченность воспитания, что вы излучаете всем своим видом, не мешало бы хоть иногда подкреплять фактами. Я ищу имущество господина Барышкина, а не ваше! Не удивлюсь, если сделка сорвется, ведь менять условия договора в процессе – это плохой тон, согласитесь?

Родионов поджал губу.

— Я не собираюсь обсуждать свои дела с некомпетентным в этом ремесле человеком. – Его голос заимел стальные нотки.

— А я не собираюсь обсуждать свои дела с вами. Прошу больше не лезть в расследование и не мешать мне вести дело. – Я вспомнила, что моя машина находится довольно далеко от места событий, мне пришлось ее оставить в той канаве, куда моя пташка зарылась всеми задними колесами. – Но я разрешаю вам подвезти меня, раз уж вы настаиваете.

Родионов удивленно поднял на меня глаза, но возражать не стал. Через пару часов я стояла у закрытого ювелирного салона, не представляя, что делать дальше.

Шайка Родионова во главе с меценатом тут же ретировалась, подбросив меня к ближайшей остановке. Я решила войти с черного хода и наткнулась на каменное лицо охранника.

— Салон закрыт! Все сотрудники распущены по домам. – Охранник явно хотел досмотреть свой сон.

Значит, Барышкин распустил персонал. Неудивительно.

Я вышла за угол салона и набрала Степана Петровича. Предстоял нелегкий разговор, после которого возможны любые последствия, связанные со здоровьем ювелира.

— Алло, – сказал он осторожно в трубку, словно подозревая неладное. – Мне присесть?

— К сожалению, да, присядьте, а лучше прилягте. – Я втянула в легкие больше воздуха. – Ваших коллег не осталось в живых, Степан Петрович, но у меня появилась нить к алмазам. У меня сейчас каждая секунда на счету, и мне требуется информация. Вы в состоянии сейчас обсудить это?

Я сделала паузу, давая человеку прийти в себя, но Барышкин меня удивил. Он как-то резко вздохнул и почти сразу же мне ответил:

— Зацепка по алмазам – это главное, что меня сейчас волнует. Где они?

— Я знаю наверняка, что в этом деле замешаны не только все ваши сотрудники-ювелиры, но и некие грекоязычные иностранцы. – Я снова сделала паузу, чтобы убедиться, что Барышкин меня слушает. – И ваш стоматолог из салона! Не спрашивайте меня ни о чем сейчас, а просто дайте адрес этого человека и машину. Если мы и с ним опоздаем, то у этого дела вырастут крылья, и оно навсегда помашет нам прощальным махом.

— Все адреса и телефоны сотрудников есть у охраны. Я позвоню Евгению, он все вам передаст.

Шикарный загородный дом, из которого выглядывала маленькая девочка, встретил меня тишиной. Надеюсь, я успела.

— Вам кого? – Стройная женщина вышла на террасу и спокойно посмотрела на меня.

— Я ищу вашего мужа Анатолия. Он сегодня не вышел на работу в ювелирный салон, – работаем по старой схеме.

— Ах, это! У него сегодня выходной в салоне. Сейчас он на смене в другой стоматологии, бульвар на улице Махова, кажется, так.

— Отлично! Спасибо! – Я на всех парах дала по газам, оставив женщину в небольшой пылевой буре.

Новенькое здание стоматологии находилось почти на отшибе спального района, но, к счастью моего голодного желудка, даже здесь мне удалось найти небольшой мобильный автобус со свежим кофе и булочками навынос. У входа стоял человек в костюме кота и продавал свежие суши.