Книга Бизнес и ничего личного, страница 62 – Марина Серова

— А кого вы увезли в город? – спросила я.

— Так я ж и говорю: дружок из этой развеселой компании был. Тоже лыка не вязал, такой упоротый был весь. И с ним мужичок один, из неформалов вроде.

— Что за мужичок?

— В яркой рубашке, узких джинсах, с хвостом на голове. Вот лица не запомнил – темно было, да и не рассматриваю я тех, кого везу.

— Знаете что, Иннокентий Васильевич, давайте-ка расскажите еще раз со всеми подробностями, – попросила я.

— Ну, приехал я. Там вся эта братия уже на пороге стояла. А мужик этот, которого надо было в город доставить, со всеми, значит, прощался.

— Как он выглядел? – спросила я.

— Ну, как выглядел? Как обычно, только под градусом.

— Внешность можете описать?

— Внешность? Ну, темноволосый, не худой и не толстый. Одет хорошо, богато одет. Костюм такой дорогой, ботинки, опять же часы престижные. Ну, в общем, видно, что не бедный.

— Ну, а про второго пассажира что вы можете сказать? – спросила я.

— А второй… худощавый такой парень, но жилистый, ну вы понимаете. Как спортсмен, двигается так легко. Сначала тот, что в костюме, уселся, а рядом и второй плюхнулся.

— Они о чем-то говорили, когда прощались с толпой народа? До того как сесть в машину? – Ну что за свидетель такой? Клещами слова выдирать приходится! – Может быть, с хозяином или другими гостями ругались, ссорились там?

— Нет, что вы, не ссорились они совсем! Скорее наоборот. Очень душевно они прощались. То есть прощался в основном этот, в дорогом костюме.

— А тот, второй, с хвостом? – спросила я.

— А тот, патлатый который, он и не прощался со всей этой компанией. Он просто стоял в стороне.

— Может быть, когда они прощались, то называли друг друга по имени? Не помните?

— А! Точно, называли! Хозяин этого дома называл гостя Костяном, а тот его – Пантелеем.

— А как эти двое вели себя в такси? – спросила я. – О чем-нибудь говорили?

— Да никак себя не вели. Этот патлатый тихо сидел, а Костян, он вроде как уснул, а потом, когда уже подъезжали, проснулся. Ну, вышли они, а я уехал.

— Скажите, а вы в первый раз видели и Костяна, и патлатого?

— Да, точно, в первый раз.

— А могли бы вы узнать второго, патлатого? – спросила я.

Мироненко пожал плечами.

— А кто его знает… может, и узнаю, – ответил он.

— Ладно, Иннокентий Васильевич, спасибо вам. И до свидания.

— Вам тоже до свидания.

Я направилась к выходу. Сев в машину, я решила позвонить Кирьянову.

— Слушай, Володь, – сказала я, набрав Владимира и услышав его «Алло», – я только что из таксопарка.

— Что узнала, Тань? – спросил Кирьянов.

— Узнала, что в ту роковую ночь Воротниковский уезжал в такси не один, а со спутником. Спутник – с хвостом, тот самый, про которого мне сосед Воротниковского рассказал. Ты, кстати, по базам ничего не пробил?

— Да только сел за компьютер. Не представляешь, меня все сегодня задергали. Как только, так сразу, Танюш. А что с гаражом?

— А ничего с гаражом. Кстати, я тебе там в почту пульнула записи с компа Воротниковского, своим спецам отдай, пусть разбираются.

— Только когда у нас появятся улики для повторного расследования, – фыркнул недовольно Кирьянов.

— А как тебе такое? Воротниковский планировал усвистать на Кипр. В его машине обнаружен билет с открытой датой.

И я подробно рассказала обо всем, что выяснила за этот день.