Книга Бизнес и ничего личного, страница 17 – Марина Серова

— Да, совершенно верно, – подтвердил пенсионер.

— А как он выглядел, этот спутник Константина? – спросила я.

— Я поначалу и не понял, мужик или женщина, – ответил пенсионер. – Волосы длинные, такие, знаете, как у заграничных певцов. Их еще битлами в то время называли. Наряд у него какой-то такой, женственный, что ли. Рубашка в яркий рисунок, вся свободная, наверное, из шелка, потому что на ветру рукава развевались. Ну, что я еще могу сказать. Он невысокого роста, стройный, я бы даже сказал, гибкий или пластичный, что-то в этом роде.

— А как вы определили его пластику, Венедикт Генрихович? – спросила я.

— А по движению. Знаете, Татьяна Александровна, некоторые люди двигаются, как роботы, неуклюже. А этот… он шел, как будто танцевал.

— А как поняли, что это все-таки мужчина?

— Да вот по походке и понял. Я в молодости боксом занимался – и этот парень, он двигался как боксер. Очень легко и пружинисто, что ли.

«Длинноволосый боксер… ну или рукопашник… как интересно-то!»

— Они о чем-нибудь говорили? – спросила я.

— Нет, они молча вышли из машины, таксист тут же уехал, – ответил пенсионер.

— А что же пассажиры? Они что делали?

— Ну, а они вошли в подъезд.

— И все? – спросила я, ожидая продолжения.

— Да, а я снова начал наблюдать за звездами.

— Скажите, Венедикт Генрихович, вам до этого часто доводилось замечать Константина так поздно? – задала я еще один вопрос.

— Ну, видите ли, Татьяна Александровна, я ведь не слежу за жильцами. – Пенсионер развел руками.

— Так я и не намекала ни на что подобное, – качнула я головой. – Просто вы – человек наблюдательный, у окна со своим хобби частенько, должно быть, сидите. Может, и заметили что? А мне сейчас любая информация может пригодиться. Хотелось бы установить, с кем общался Воротниковский. Вы говорите, с длинноволосым боксером видели соседа впервые. А с женщинами видели?

— О, это много раз. И почти каждый раз дамы были разные. Вот такой он был любвеобильный.

«Что же получается? Воротниковский приехал на такси, хотя, как утверждает Кирилл, у него есть своя собственная машина. Это объяснимо: выпил. Где машина? В ней вполне может хоть что-то обнаружиться… Мало ли. Опять же, приехал не один, а с каким-то длинноволосым парнем. Они вместе вошли в подъезд. Кто такой? Убийца? С каких это пор убийцы так азартно светятся перед свидетелями? Хоть и ночь, а мало ли людей мается бессонницей. Или просто приятель? И что дальше – поссорились, и приятель ткнул Воротниковского ножом? Или был третий, собственно, преступник? В принципе, тоже можно допустить. Друзья-приятели решили еще накатить, вошли в подъезд, тут Воротниковского кто-то поджидал. Убил, приятель испугался и сбежал. Бред, конечно, но не буду пока и эту версию отметать – маловато данных. А потом… Кирилл обнаружил Константина в луже крови, а оперативники и Молоденчиков нашли квартиру, перевернутую вверх дном, да еще и вскрытую при помощи отмычек. Но все же вопрос интересный: зачем Константин привез мужчину к себе домой? А самое главное: куда же делся потом этот мужчина? И почему не было криков о помощи?»

— Венедикт Генрихович, а больше никто из подъезда не выходил? – спросила я. – Собственно, меня интересует конкретно этот мужчина, с которым приехал Константин.

— Ну, пока я наблюдал за небом, выходящих из подъезда не было. Ночь ведь была, все спали. Это я один такой, не от мира сего. С самого детства просто бредил космосом. Сколько обсерваторий посетил, не сосчитать. А теперь вот только и осталось, что дома сидеть, да вот в такой, с позволения сказать, телескоп смотреть.