Книга Билет в счастливую жизнь, страница 77 – Марина Серова

Ладно, с этой версией ничего не получилось. А как насчет того, что Мирослава является одной из подающих надежд художниц? Возможно, у нее уже имелись какие-то работы, которые понравились Иннокентию Подхомутникову, и он решил развивать ее дарование. Однако маловероятно, что Подхомутников посвятил ее в свою тайну. С чего бы это вдруг? А если сама Мирослава узнала про алмазы? Но как? Каким образом? И как она могла проникнуть в квартиру Подхомутникова? То есть понятно как: через пожарный ход на крышу. Но для этого девушке необходимо было проследить сначала за Алевтиной Митрошечкиной, а затем за ее подругой Елизаветой. Нет, это просто невозможно. И эта версия сдулась, как проколотый воздушный шарик.

Или работали на пару? Допустим, адвокат и девица?

Я снова оказалась в тупике. Ладно, не будем отчаиваться раньше времени. Попробуем еще раз нарисовать картину совершённого преступления, спроецировав ее на… Нет, все-таки как ни крути, а Мирослава никак не выходила за рамки подозреваемых. И было еще что-то, что мешало мне полностью отбросить ее кандидатуру на роль убийцы Иннокентия Подхомутникова.

Итак, что же мы имеем. По словам Елизаветы Ремесленниковой, Мирославе было около двадцати лет. Очевидно, что она студентка, поскольку Елизавета слышала, как по телефону девушка уточняла данные, касающиеся зачета. Далее следуют детали ее внешности, на которые стоит обратить внимание. Это довольно высокий рост, атлетическое – как сказала Елизавета – спортивное телосложение. Что еще? Практически полное отсутствие косметики на лице, а также и маникюра. И наконец, то обстоятельство, что Мирослава предпочитает спортивный стиль одежды. В те немногочисленные ее визиты в «Кошкин дом» и в квартиру Алевтины Митрошечкиной девушка неизменно была одета в джинсы, кроссовки или ковбойки. Да, и еще татуировка в виде змейки. Но разглядеть ее можно, только если Мирослава оставит обнаженной участок спины, переходящий на шею.

Все эти соображения, что пришли мне в голову, я буквально разложила по полочкам и была ошеломлена результатом. Потому что… Нет, мне сейчас необходимо позвонить Кирьянову. Я расскажу ему о своих рассуждениях и послушаю, что он скажет.

— Алло, Киря, это я, Татьяна, – сказала я в трубку, услышав голос Владимира.

— Танюха, рад тебя слышать, – традиционно откликнулся Кирьянов. – Ну, что там у тебя нового?

— Володь, ты сейчас свободен? Можешь меня выслушать? – спросила я.

— Да, вполне. У тебя что-то случилось?

— Случилось, но лучше послушай ход моих мыслей. И если сочтешь нужным, то поправь меня, – попросила я.

— Ну, давай, выкладывай.

— Так вот, слушай. Но начну я издалека. Это для того, чтобы ты понял ход моих рассуждений и результат, к которому они привели. В ходе своего расследования убийства Иннокентия Подхомутникова я смогла убедиться в том, что бывший художник-декоратор нашего театра оперы и балета, в принципе, был человеком, не обладавшим большим количеством друзей и даже просто близких знакомых. Я выделила всего двух людей, с которыми он был по-настоящему близок. Это бывшая супруга Подхомутникова – балерина Виктория Масленникова, с которой они разошлись довольно давно, но сохранили дружеские отношения и которая заказала мне расследование. Другим близким человеком для Иннокентия Подхомутникова явился его адвокат Аристарх Смолянинников. Адвокат гораздо старше Подхомутникова, но, по словам Виктории Масленниковой, дружить они начали давно, еще во время работы Подхомутникова в театре. Ну а когда Подхомутников стал владельцем картинной галереи, то дружеские отношения переплелись с деловыми. Кроме того, со слов Виктории, Смолянинников во многом помогал Подхомутникову советами и в приобретении дорогостоящих коллекций марок и монет. Но главное – с помощью Аристарха Смолянинникова были приобретены драгоценные алмазы на очень крупную сумму. Именно они и были похищены из потайного ящичка, который находился в статуэтке Будды. Точнее сказать, статуэтка была похищена вместе с алмазами, разумеется.