Книга Бриллиантовая месть, страница 66 – Марина Серова

Удивительно, но белый приветливый вход сменился черным коридором. Длинный, узкий, с большими лампами, будто соединяющими потолок и пол. Я будто шла по коридору космического корабля, проходя все новые и новые секции. В глянцевой плитке угадывалось мое отражение. Стены давили на меня. А двери были расположены так неудобно, что, открой ее кто-то изнутри, я обязательно получу по лицу. Но мне очень повезло – никто не вышел из кабинета врача. И я смогла дойти без увечий.

Отличный день, я обрадовалась. Сегодня сама судьба на моей стороне. Удача меня не просто преследовала, а держала меня за руку и шла со мной шаг в шаг. Так легко мне еще не было. Но радоваться еще слишком рано. Мне еще предстояло разговорить врача. Надеюсь, за закрытой дверью я смогу узнать что-то полезное.

Я постучала и вошла.

Внутри кабинета было гораздо приятнее, чем в коридоре. Светлые бежевые стены. Жалюзи, плотно закрывающие окна. Кушетка и гинекологическое кресло. Все выглядело очень чисто и приятно.

— Здравствуйте, я к вам по важному делу. – Я закрыла за собой дверь и осторожно опустилась на стул. Сняла панаму и очки, чтобы создать более откровенную атмосферу для беседы.

— Здравствуйте, Татьяна. Не ожидала увидеть у меня на приеме частного детектива. Решили обзавестись детишками? Или случайно получилось? – За столом сидела незнакомая мне женщина.

Полноватая женщина с очень добрым круглым лицом. У нее когда-то темные волосы выжжены краской и высушены химзавивками. Кудри выглядели очень неопрятно, некоторые волоски обломались и осыпались. Вместо бровей – старый, уже давно выцветший татуаж. Местами плешивый. Черно-рыжие, несуразной формы совсем не подходят ни к цвету ее лица, ни к цвету ее волос.

В уголках глаз осыпавшиеся стрелки. Мимические морщины по всему лицу, скатавшийся тональный крем. Вблизи она выглядела очень уставшей, а я пялилась на нее, не зная, с чего начать разговор. Мне было совершенно неловко то, что она меня знает, а я ее – нет. Или, может, не помню?

Я смотрела в ее темные карие глаза. На добрую улыбку женщины, воспитавшей уже целую ораву сначала детей, а потом и внуков. Но ничего знакомого не могла нащупать.

Я обычно не забываю лица. Да и с памятью в целом у меня все в порядке. Она ни разу не обращалась ко мне как к детективу. Я не лечилась у нее никогда. Поэтому я решила спросить напрямую, откуда же она меня знает.

— Извините, не могу вас вспомнить. Мы разве знакомы? – Я слегка занервничала.

Она вряд ли согласится мне помогать, если обидится на то, что я ее не помню. Подумает еще, что она такая мелкая и незначительная, чтобы ее запоминать. Но я и правда не знаю, кто это и почему я должна ее помнить и знать.

— Ой, что вы! Напрямую, конечно же, нет. – Я выдохнула, а она, не заметив этого, продолжила говорить: – Но вы однажды очень хорошо помогли дочери моей подруги. Впрочем, на кого вы в нашем городе только не работали. Вас же в каждом уголке знают. Кажется, уже ни одна сотня дел за вашими хрупкими плечами.

Я смутилась, а женщина рассмеялась. То, что меня узнают в лицо врачи-узисты в нашем городе, мне немного польстило. Но, с другой стороны, я поняла, насколько же я часто свечусь везде, что обо мне говорят на каждом шагу и узнают даже те, кого не знаю я. Как вести дела, если меня знает каждый чайник? Мне следует быть поосторожнее, а то журналисты быстро найдут повод подкопаться.