Книга Взрывное лето. Сюита для убийцы (сборник), страница 130 – Марина Серова

Теперь все смотрели на Маркина, который по-прежнему сидел, опустив голову.

— Может такое быть, Леша? – продолжила я. – Ты ведь из приискового поселка, для нас ты сейчас вроде эксперта.

— Ну, как сказать… вообще-то там охрана… Хотя воруют, конечно… Так что, наверное, возможно. Только зачем они ему здесь? У нас дорого даже хороший камень не продашь. Они же необработанные…

— А если вывезти за границу?

— Там можно хорошую цену получить, – согласился Леша. – Но только это же контрабанда…

— Контрабанда, – подтвердила я и обратилась к Маркину: – Хотя игра стоила свеч, не так ли, Николай?

Он не ответил. Сидел, тяжело дыша, на бледном лице выступили бисеринки пота.

— Вспомнила! – ахнула Хорошевская. – «Ты не повезешь свои булыжники в Краков!» Так?! Вот что я тогда слышала! Вот что тогда кричал Князев. Это ты убил его ради паршивых изумрудов, – она подошла к Маркину, взяла его за лацканы пиджака и как следует встряхнула.

Он побледнел еще сильнее и громко, со всхлипом, втянул в себя воздух.

А мы все, как зачарованные, наблюдали за этой сценой. Самое удивительное, что первым очнулся Олег. Он подошел к Ольге и положил руки ей на плечи.

— Не надо, Оля, – мягко сказал он. – Отпусти его. Пойдем.

— Как ты не понимаешь, – она повернулась к нему, в глазах стояли слезы. – Ты не понимаешь, он же был здесь, в кабинете, когда я подходила. Господи, если бы я тогда зашла, Князев остался бы жив.

Верников мягко потянул Ольгу за руку, увел от Маркина и передал под крылышко Элен.

— Масса мелких улик, – медленно заговорила я. – Маркин вполне мог организовать контрабанду изумрудов. Маркин скрыл, что Князев вызывал его к себе: соврал, что ходил отпрашиваться к зубному. Маркин слышал, как я говорила об изумрудах, и почти сразу на меня было организовано нападение…

Он наконец открыл рот и высказался. Ничего особенного не сказал, мог бы и промолчать, все-таки творческий человек. Интеллигент, можно сказать. Зато Элен и Олег, при звуках его голоса, встрепенулись и переглянулись.

— Он? – спросила Элен.

— Без сомнения, – подтвердил Олег. – Голос, тембр, абсолютно точно, это он.

— Вот и еще одна улика, – вымученно улыбнулась я. – Кроме того, Маркин пришел ко мне и прямо обвинил Медведева в убийстве дирижера.

— Чего? – растерялся Леша. – Как это, зачем?

— Зачем – понятно. Отвести подозрения от себя. Он сказал, что слышал разговор Князева с тобой по телефону и вы договорились о встрече около десяти часов…

— Вот гад! Не звонил я Князеву никогда, врет он!

— Спокойно, Леша, никто и не сомневается, что врет… Но все эти улики косвенные. Я надеялась, что сумею дожать его на признание, но полной уверенности не было. И тут занялась самодеятельностью наша мать-героиня, мадам Дарьялова. Рассказывай, Марина.

Теперь все смотрели на Марину. Она немного смутилась, откашлялась.

— Конечно, очень глупо все получилось… Татьяна рассказала мне про все, что против Коли, очень убедительно. А потом, когда она вышла, я подумала – не может быть. Коля не подарок, я не спорю, но ведь и не убийца же! Я просто должна была с ним поговорить, мы же учились вместе. Вот я и нашла его и привела сюда. Стала спрашивать… Он отвечал спокойно, но чем больше говорил, тем меньше я ему верила. А потом он обернулся, увидел на столе пепельницу, и у него стало такое лицо… Тогда я соврала ему. Сказала, что не сообщила милиции правду. Что задержалась в тот день и видела, как он вернулся. И как он пошел в кабинет Князева. И что слышала потом крики.