Книга Эта проклятая смена, страница 88 – Марина Серова

Было около трех часов ночи, когда мне показалось, что я слышу подозрительные шорохи.

Я затаилась, даже дыхание задержала. Шорохи раздавались где-то поблизости, и они удалялись. Я напрягала зрение, но из-за темноты ничего разглядеть не могла. Похоже, кто-то бродит по лагерю — преступник наконец-то объявился.

Я не могла упустить возможность застать его врасплох, поэтому бесшумно слезла с дерева и, оказавшись на земле, тихо пошла в ту сторону, откуда доносился шум. Воспользоваться фонариком не могла — это означало сдать себя с потрохами. К сожалению, больше никаких странных звуков я не слышала, куда делся неизвестный, было неясно. Зря я так долго сидела на дереве — надо было сразу слезать на землю, тогда бы я точно поймала его!

Увы, поздно ругать себя и сожалеть о том, что произошло.

Я прочесала весь лагерь, но никаких следов ночного гостя не обнаружила. Пришлось признать, что я совершила ошибку и по своей вине упустила злоумышленника.

Я вернулась к дереву, снова залезла наверх, надеясь, что неизвестный объявит себя, и я снова услышу шаги или шорохи. Ведь для чего-то он или она бродил тут! Но неизвестный так и не появился, и остаток ночи я то смотрела статьи о лагере, то лазила в базу данных, то просто сидела и размышляла.

Мне не давала покоя мысль, что Регину Ивлиеву собираются убить, чтобы завладеть мифическими сокровищами Сергея Рознецова.

Интересно, знает ли сама девушка, что она является потомком Рознецовых? Если да, то она должна быть в курсе, что на сокровища рано или поздно найдется охотник, и первой жертвой будет она или ее сестра. Или Регина считает все эти легенды пустыми сказками? Ответ я узнаю, только поговорив с самой Региной, других вариантов у меня не было.

Утром Ивана Кузнецова я не нашла — выяснилось, что он уже уехал на закупки в Тарасов. Его сменщик отправился в город поздно вечером, свои выходные Левиков проводил дома с семьей. Кузнецов, видимо, совмещал работу в лагере с какой-то другой деятельностью — учитывая то, что он сразу поехал в город на закупки, выходило, что он был где-то поблизости. Однако из разговора с Жанной Михайловной я узнала, что Иван работает только в «Лесном», просто в Тарасов он не ездит, а свои выходные проводит где-то за территорией лагеря. Вроде как Иван Кузнецов увлекается рыбалкой, а в окрестностях есть пруд, и там молодой мужчина предпочитает проводить свободное время.

Мы разговаривали после завтрака, к которому я не притронулась. Марина тоже мужественно сидела с полной тарелкой, занимаясь размешиванием масла в рисовой каше да фигурной нарезкой творожной запеканки.

Глядя, как она кромсает несчастную запеканку на тысячи мелких кусочков, я тихо проговорила:

— Не увлекайся так, никто не режет ее…

— А что мне еще остается делать? — несчастным голосом протянула Марина. — Я чувствую себя так, словно голодаю уже неделю… Живот болит!

— У меня осталась плитка шоколада и два пряника, — постаралась утешить я девушку. — Давай после завтрака я отдам тебе и шоколад, и пряники!

— Ага, а ты голодная ходить будешь? Нет уж, спасибо, сама ешь. Меня они не спасут, только еще хуже будет… Может, можно хотя бы кашу съесть? В нее-то яд не добавишь!

— Еще как добавишь, — вздохнула я. — Лучше не рисковать. Я сегодня попрошу своего друга привезти еды из города, потерпи немного!