Онлайн книга «Выживут профи»
|
— Слушайте, Арсен, а почему же его не арестовали? Вы говорите, и в прокуратуру писали. — Да кто же знает! – вздохнул парень. – Может, откупился, а может, осторожный – доказательств нет. Говорил же вам, Женя, они малолеток присылают, сам Череп с ними дела не имеет, наверное… Я поблагодарила приветливого торговца и отправилась в путь пешком, благоразумно решив, что яркая машина привлечет ко мне слишком много внимания, да и еще не все работники и покупатели рынка сделали селфи на фоне крутой тачки. Возле высокой лестницы, ведущей наверх к переходу, топталась бабуля с огромной тележкой на колесиках. Она с трудом затащила сумку на первую ступеньку, но упрямый груз тут же плюхнулся обратно. Я подхватила сумку и понесла ее вверх по ступеням, а бабушка заспешила следом: — Спасибо тебе, доченька. Извини, что пришлось тебе тяжесть такую тащить. Да только с электрички слезла, приехала из центра, набрала там по акции продуктов. Да вот не рассчитала, что в обход идти долго, а по лестнице ну никак проклятая сумка не едет. Тут недалеко, мой дом сразу после переходника первый. Внизу под мостом на перроне суетились пассажиры прибывшей электрички: дети бегали, получив возможность выплеснуть энергию, мужчины тащили тяжелые сумки, раздавались призывные крики таксистов. На секунду я остановилась, так как один из пассажиров показался мне очень знакомым, но я внимательно вгляделась и засомневалась. Мужчина был похож на Григория Щавельского, без неизменной бабочки и франтоватого пиджака, очков, да и вместо лысины на голове у мужчины вились густые мелкие кудряшки, а возраст был лет на десять младше. Я всмотрелась повнимательнее, но мужик нырнул в здание вокзала, а бабулька окликнула: — Дочка, ну идем, что ли? Благополучно протащив бабулькины припасы по узкой лестнице, я остановилась у высокого облупившегося забора. Пожилая женщина гостеприимно распахнула калитку: — Проходи, милая. Давай я тебя компотиком угощу хоть в благодарность? Сама варила, яблочки мои домашние. После пробежки с тяжелой сумкой по полуденному зною я с удовольствием приняла приглашение, к тому же я рассчитывала узнать у бабульки точный адрес, где живет Череп, ведь, судя по возрасту, она точно пользуется услугами местной медсестры. Пока женщина убежала в дом хлопотать, я присела в теньке на лавочке под раскидистой яблоней. За забором кто-то прошел, а потом раздался такой знакомый голос, что я пружиной подскочила и тихо прошмыгнула в угол сада, чтобы подслушать беседу. Машинально нажала на кнопку диктофона – благо это достижение цивилизации со мной практически всегда. Можно изменить лицо с помощью профессионального грима до неузнаваемости, поменять прическу, преобразовать фигуру с помощью одежды, но голос изменить невозможно, индивидуальный тембр и манеру говорить человек сохраняет на всю жизнь. А этот блеющий фальцет с визгливыми нотками я могла узнать из тысяч голосов, сам великий таролог, эзотерик и психонейроастролог Щавельский пожаловал в отдаленный район Подмосковья на важные переговоры за деревенским забором. За забором разговаривали два голоса – дребезжащий Щавельского и хрипловатый бас другого мужчины, который отличался хамоватыми манерами: — Ну че, где мои бабки, Гришка? — Вот держи, пересчитывай. |