Книга Выживут профи, страница 70 – Марина Серова

— Извините, это мое. – Он поднял похоронную ленту и спрятал в карман пиджака.

— Твоя лента от похоронного венка? – изумилась я.

— Да вы пока в отъезде были, друг уговорил, машина все равно стоит. А ему срочно надо было товар со склада увезти, он водителем работает в похоронной службе. Ну я и согласился, деньги не лишние, да и друга выручил.

— И часто ты так друзей выручаешь? – У меня зародились подозрения в голове, что, может быть, не по злому умыслу наш добросердечный водитель и выдал своим знакомым пароль от замка на гараже.

Но оробевший богатырь крутил головой:

— Да первый и последний раз! Вы не подумайте, я никого посторонних ни в гараж, ни в квартиру, ни в машину не пускаю. Лично сам венки загрузил и разгрузил, недосмотрел немного, что лента эта в салоне завалялась. Я бы признался Нинэль Федоровне, но у нее такой характер, что сразу уволит. А мне у нее нравится работать, не хочу место терять. Вы уж ее успокойте, пожалуйста. Если нужно, я расскажу, но так страшно, что прям ноги ватные сразу делаются, когда представляю ее крик.

Я хорошо понимала чувства парня, от гневного крика Нинэль обычные люди теряли самообладание, а сотрудники готовы были провалиться сквозь землю или своротить горы, лишь бы она успокоилась.

— Ладно, скажу, что ты ездил на похороны к дальней родственнице и случайно лента прилепилась к штанине, – придумала я более приятную версию для начальницы. – Надеюсь, что Нинэль Федоровна к такой истории спокойно отнесется.

— Она разрешает мне машиной пользоваться по своим делам, – с облегчением закивал парень. – Когда хозяйка не в городе, то могу на машине кататься, куда захочу. Я не злоупотребляю и бензин всегда за свой счет заливаю, вы не подумайте!

Я уверила водителя, что постараюсь смягчить ситуацию, и поторопилась в здание аэропорта, до отправления оставался всего час.

В зале регистрации рейсов к моему приходу разгорелся скандал. Быкова с завидным упрямством пробивала себе путь через толпу, в одной руке у нее была пара сумок, другой она неумолимо влекла за собой недовольного Щавельского. Невозмутимый грузчик вез на каталке гору нашего багажа в сторону погрузочного терминала. Возле стойки, где сотрудница авиакомпании выдавала пассажирам посадочные талоны, Нинэль с облегчением всучила мне сумки и протянула два паспорта девушке. Та обеспокоенно уточнила:

— Ваш ребенок боится летать? Может быть, врача или воды? – Действительно, могучая Нинэль так ловко держала миниатюрного Щавельского, что со стороны они выглядели как мать с капризным ребенком. Но как только сотрудница открыла паспорта, ее милая улыбка исчезла, а лицо вытянулось от удивления. Она протянула Нинэль посадочные талоны и, как только мы прошли к мини-автобусу на летном поле, потянулась за телефоном внутренней связи. Пока мы ехали в автобусе, я рассказала своим спутникам историю, откуда взялась в салоне автомобиля лента с похоронного венка. Григорий недоверчиво еще задавал вопросы, но уже успокоился и прекратил истерику. Уже в бизнес-классе самолета к нашей компании подошел сотрудник в штатском костюме и предъявил удостоверение службы охраны аэропорта. Я уточнила, какой повод для проверки. Мужчина немного помялся:

— От сотрудника аэропорта поступил сигнал о возможном похищении человека, стандартная проверка. – Безопасник начал сверять наши паспорта и посадочные талоны.