Книга Выживут профи, страница 102 – Марина Серова

Нинэль багровела на глазах, но пока держалась – слушала. А я и диктофон включила, едва увидев Щавельского: знаю такую особенность человеческую, в шоке мы становимся гораздо откровеннее. А сожженные апартаменты… чем не шок?

— Но ты же упрямая корова, фамилия говорящая, Быкова! – продолжал таролог. – Притащила эту телохранительницу, чтобы искала, кто тут кишки по ночам развешивает! Я развешиваю, я! Поняла? Строишь из себя умную, а сама глупа как пробка, веришь в дурацкие предсказания. Да водить тебя за нос было легче легкого, потому что ты деревенская необразованная свинарка! Веришь во все эти таро, хиромантию, энергетику! Все прошло как по маслу! Один час! Один час меня отделял от новой богатой жизни, где не будет капризов сумасшедшей старухи! И ты все испортила! Ненавижу тебя, как же ты мне надоела!

Щавельский выхватил из рук Нинэль парики и кинул их в грязную жижу, которая осталась после работы пожарной команды, и принялся их топтать. Женщина ахнула и вцепилась в его рубашку, встряхнув. Но Григорий с удивившей меня силой, видимо в состоянии аффекта, оттолкнул ее, содрал с себя и швырнул в хозяйку очки и парик, который имитировал плешь, прибавляя парню лет десять возраста:

— Вот для тебя подходящий вариант! Все молодится, корчит из себя красавицу, бизнес-леди! А сама уши развесила, в сказки верит про очищение огнем, про энергетику! Дура!

Терпение у Нинэль лопнуло окончательно, и она влепила смачную пощечину бывшему тарологу, от которой тот шлепнулся в грязь. Нинэль ледяным тоном отрезала:

— Дура не дура, а без денег остался ты. А сейчас отправишься в тюрьму надолго, я позабочусь, чтобы тебя там научили взрослых уважать. Женя, свидетелем будешь?

— Разумеется, – уверенно кивнула я. И добавила: – У нас и записи диктофонные есть, и фотографии. Наверное, даже камеры видеонаблюдения работают – ну должны же за ними следить начать! Ну и почерк, кстати, сравним… Кто и что на заборе писал.

Толпа вокруг наблюдала эту сцену, я заметила в толпе знакомого охранника элитного дома, который показывал мне видео с камер. Я кивнула ему, и парень понял просьбу мгновенно, он поднял Щавельского и потащил в свой кабинет, на ходу вытаскивая наручники. Нинэль улыбнулась мне одними глазами и с гордо поднятой головой на глазах у праздных зрителей пошла к выходу из двора, я бережно придерживала ее за локоть, чтобы Колбасная королева с достоинством покинула поле битвы.

Только за воротами Быкова позволила себе проявить эмоции, она начала всхлипывать, а потом разразилась бурным потоком слез:

— Почему он так со мной, Женя? Какой ужас, неужели все правда?

Старичок-водитель, который привез меня к дому бизнес-леди, не уехал, он с интересом смотрел, как пожарные рассаживаются по своим машинам. Увидев рыдающую Нинэль, он гостеприимно распахнул дверь машины, я усадила женщину и назвала адрес Каменецкой, потому что роскошные апартаменты сгорели, и я не представляла, где еще мы можем найти тихое место, чтобы моя клиентка могла прийти в себя.

Водитель покосился на плачущую женщину, всю в саже, и постарался ее успокоить:

— Я вот пожарным в детстве мечтал стать, до сих пор смотрю на них с восторгом. Такие молодцы, людям помогают. Главное, чтобы человека спасти, а остальное дело наживное.