Книга Развлечения с риском для жизни, страница 94 – Марина Серова

«Сегодня с тринадцати часов дня до семнадцати часов у меня занятия с учениками по английскому языку. До этого времени я приготовлю себе обед, в двенадцать дня пообедаю. После работы я буду смотреть сериал и вышивать. В семь вечера поужинаю. В восемь вечера почитаю книжку и в девять лягу спать».

Я отослала письмо и решила проверить «жучки», установленные мною в спортклубе «Сириус». Однако, к моему великому сожалению, прослушки не зафиксировали абсолютно ничего интересного. После меня у Олега были групповые занятия – он обучал детей единоборствам. Утром, до моего визита на улицу Волочкова, пять, Олег в спортклубе не появлялся.

Потерпев неудачу, я не опустила руки и занялась поисками информации о курсе «Путь воина». В интернете никаких сведений я не обнаружила, в базах данных – тоже.

Я позвонила своему давнему знакомому из полиции и попросила его узнать все о программе «Путь воина» и спортивном клубе «Сириус». Приятель пообещал мне перезвонить, когда хоть что-то узнает по моему вопросу. Я продолжила искать информацию в интернете, прерываясь только на то, чтобы сделать себе кофе.

День прошел бестолково – мне не удалось ничего узнать об участниках курса. Создавалось ощущение, что их либо не было ни в одной социальной сети, либо все они куда-то исчезли.

В полиции имелись лишь сведения о спортивном клубе «Сириус», однако ничего о курсе «Путь воина». Я терялась в догадках. Согласно данным, полученным от моего знакомого, в спортклубе «Сириус» проводились тренировки для детей и взрослых, все ученики Аксенова и родители занимающихся у него детей отзывались о тренере хорошо, никаких претензий к Олегу ни у кого не было. Но что самое странное – никто из учеников Аксенова не знал ни о каком курсе «Путь воина». Все это казалось мне очень странным, и единственное, что я могла сделать, – это пройти программу и выяснить, участвовала ли в курсе Кристина Куликова.

Уже вечером я позвонила Дмитрию Горскому – узнать о самочувствии его дочери.

Увы, и здесь я не услышала никаких новостей. Ксюша не пришла в сознание (а ее нынешнее состояние иначе, как бессознательным, назвать трудно). Родителей в палату девушки не пустили, свидания в клинике разрешались лишь в общем коридоре, а дойти туда Ксения была не способна. Ее пичкали различными таблетками, делали какие-то поддерживающие инъекции, так как несчастная не могла даже самостоятельно принимать еду. Дмитрий и Татьяна не могли поверить в то, что с их активной, безбашенной дочкой могло случиться подобное. Несчастные родители места себе не находили от тревоги за девушку.

В восемь вечера я вспомнила о том, что должна была отправить отчет о сегодняшнем дне. Несмотря на то что я весь день провела дома, день оказался довольно суетным из-за всех моих бесплодных попыток что-либо узнать по делу Кристины.

Я перечитала свое утреннее письмо, чтобы ничего не забыть, и написала сообщение по электронной почте:

«Я решила отменить занятия у своих учеников, так как по заданию нужно провести день не так, как обычно. Я сказала, что плохо себя чувствую и уроков сегодня не будет. После этого я отправилась гулять по городу пешком, так как обычно перемещаюсь на машине. Вообще я гулять не люблю, так как считаю это бессмысленной тратой времени. Но я отправилась в центральный парк и, несмотря на холодную погоду, гуляла там полтора часа. Обедала я не в двенадцать, как обычно, а в два часа дня. Я не поехала домой, а впервые за много лет купила себе еду в кафе. Потом я пошла в торговый центр, потому что не люблю ходить по магазинам, и купила там себе туфли на высоком каблуке, так как я предпочитаю удобную обувь. Потом зашла в магазин и купила бутылку шампанского и упаковку сыра, потому что спиртное я употребляю крайне редко. Вернувшись домой, я надела туфли вместо тапочек и стала в них ходить по дому, чтобы привыкнуть. Несколько раз я едва не упала, но эксперимент продолжила. Вышивать сегодня я тоже не стала, а нашла в сети урок йоги и стала заниматься. На ужин я выпила бутылку шампанского вприкуску с сыром, а вместо чтения я взяла тетрадь и начала вести личный дневник, так как соображаю я сейчас с трудом и прошу прощения за возможные ошибки».