Книга Смертельный юмор, страница 68 – Марина Серова

За такими незатейливыми разговорами наше движение продолжалось, и я понимала, что это самый лучший выход, чтоб не дать запаниковать ни моему подопечному, ни самой себе. Самое главное, чтобы сейчас не было никаких разветвлений или завалов. Пока я только замечала небольшие ниши в стене, предназначенные то ли для хранения чего-либо, то ли для сидения, лежания. Никаких посторонних предметов нам не попадалось.

— Ты вспомни даже историю. Тот же самый Иван Грозный, который боялся заговоров, таких ходов понастроил под Москвой – просто второй город под землей получился.

— Я читал про это. А когда раскрывал очередной заговор, то этот ход он бросал и приказывал строить новый. А в старых замуровывал предателей, воров или кого считал такими.

— Ага, а еще неверных жен и любовниц. Очень надеюсь, что у хозяина этого дома и хода, по которому мы сейчас идем, не было таких наклонностей.

Внезапно красивый ход с каменной кладкой оборвался, а перед нами стал виден какой-то каменный тоннель, словно кто-то взял и в горном массиве прорубил ход или длинную пещеру.

Пройдя немного вперед, мы поняли, что ход начал сужаться и становиться ниже, было ощущение, что он нас сжимает. Идти становилось труднее. Мы замолчали и пошли гуськом.

Я не знаю, сколько мы шли, сгибаясь и наклоняясь, – казалось, целую вечность. Ход был, не сказать, чтобы уж сильно узким, но уж очень захламленным.

Мы перебирались через какие-то завалы, собрав на себя всю паутину. В какой-то момент фонарик, которым поделился с нами Олег, моргнул раз-другой и погас окончательно.

Ираклий достал телефон.

— Блин, заряд батареи очень низкий. Ну, может, хоть ненадолго нам его еще хватит.

— Будем надеяться. Хотя здесь, к счастью, нет никаких поворотов и ответвлений, если что, будем идти с тобой на ощупь и по темноте. Обратного хода для нас все равно уже нет.

Внезапно после поворота ход сузился еще, а потолок опустился ниже, стало намного холодней и отчего-то влажно. В воздухе витал запах сырости.

Ираклий спотыкнулся, ухватился за торчащий из земляной стены корень, выронил телефон и, как-то оступившись, наступил прямо на него. Послышался характерный треск.

Ираклий чертыхнулся. Ситуация была далеко не радостная, но реакция Ираклия меня сейчас очень удивила. Я думала, что у него точно сдадут нервы и он заистерит. Все-таки столько испытаний выпало на его долю в последнее время, а он явно не привык к такой жизни.

— Ну и фиг с ним с телефоном, жизнь дороже. Женя, как думаешь, мы с тобой скоро выберемся? Я уже задыхаюсь в этом подземелье. – Он шумно втянул носом воздух.

Мне и самой уже стало казаться, что этому ходу не будет ни конца ни края. Надо было у Олега все-таки поинтересоваться, насколько он хоть примерно тянется. Сейчас было ощущение, что мы идем, а точнее, уже ползем, целую вечность.

Но вслух я этого, естественно, говорить, не стала, решила ответить обтекаемо:

— Судя по влажности и тому, что стало заметно прохладнее, то где-то уже совсем рядом должен быть выход на поверхность. Потерпи, еще немного.

Мои слова оказались пророческими. Впереди что-то неясно и тускло засветилось. Но идти стало тяжелее, пришлось опуститься на колени и ползком пробираться к светлому пятну. В какой-то момент оно исчезло.

Я ничего не поняла, остановившись. Сзади в меня врезался Ираклий: