Книга Смертельный юмор, страница 3 – Марина Серова

— Спешу тебя разочаровать или обрадовать. Это классика жанра в нашей современности. Так часто бывает, что дети сами по себе, а родители сами по себе, ты не один такой. Мои тоже были всегда в работе. А после смерти мамы отец вообще женился, – я это произнесла с горечью, до сих пор не могу простить. Но тут же прикусила язык: с какой это стати я разоткровенничалась с человеком, которого вижу всего второй раз в жизни? Да и к тому же, моим возможным клиентом.

— Мой тоже женился. Не так давно, – выплюнул горькую фразу, словно таблетку, Ираклий.

— В смысле? Я не так давно смотрела передачу о тонкостях юридического дела, о преемственности поколений, о знаменитой тарасовской династии, и как раз там твои родители были. Они прекрасная пара, понимают друг друга с полуслова, один начинает фразу – второй заканчивает… – я не успела завершить свою мысль, как Ираклий меня перебил:

— Женя… – Ираклий как-то презрительно поморщился и отвернулся к окну. Немного помолчал, потом продолжил: – Это все видимость. Год назад я узнал, что у каждого из них, и у матери, и у отца, уже есть другая семья. И там они счастливы. Наверное… Кто их разберет! – Он немного помолчал, собрался и продолжил: – Дома каждый занят либо самим собой, либо работой. Одно их сближает – мое воспитание, а точнее, дрессировка, и желание сделать из меня высококлассного юриста, который продолжит семейное дело и пойдет по их стопам, чтобы не портить репутацию.

— Семейное дело не так уж и плохо, – отметила я.

В ответ получила взгляд, в котором отчетливо читалось: «Ты меня не понимаешь».

— Не знаю, зачем я тебе это все рассказываю. Наверное, накопилось и прорвалось, как канализация, – Ираклий грустно усмехнулся.

Его указательный палец начал обводить по кругу край бокала. К капучино он так больше и не притронулся. Остывший одинокий сырник тоже не был удостоен мужского внимания.

У меня же, наоборот, просыпался аппетит, поэтому я с грустью посмотрела на пустую тарелку из-под омлета, доела оставшийся кусочек тоста и допила кофе, поставив бокал, слегка откинулась. Все, больше не буду перебивать, пусть выговорится. Как раз и пойму, от чего его нужно защищать. Не от родителей же, в конце концов?

— Когда я узнал про их вторые семьи, то мне так противно стало. На людях они же идеальная пара, у которой нет недостатков ни дома, ни на работе, ни в семье, ни в делах. «Юристы всегда безупречны!» – эту фразу Ираклий сказал таким тоном, явно кого-то передразнивая. – Я очень хотел после школы пойти на филологический в ТарГУ, мне нравится лингвистика, литературное мастерство. Но мои и слышать об этом не хотели. После школы – по стопам родителей, в тот же самый вуз, на тот же самый факультет, где учились они, познакомились и выпустились с красными дипломами. А потом меня так все достало – и эти пять лет, и мутное будущее, и родители!

— Ты решил сбежать из дома?

— Поздно было. Я сдал ГОСы, а готовый диплом стер с компа. Ну как стер – просто уничтожил вместе с ним – так разозлился, что швырнул ноут на пол, да еще и попрыгал сверху, как подросток, – грустно усмехнулся мой собеседник. – Можно, конечно, было всю информацию восстановить, но я твердо решил: – Все, не мое. Уйду. И хлопнул дверью универа.

— А что раньше-то не ушел? Что держало-то?