Книга Спасти нельзя сдаться, страница 37 – Марина Серова

Стас задумался, потом проговорил:

— Вам виднее, конечно… А что, если установить на дверь кодовый замок? Или это тоже бесполезно?

— Все зависит от преступника и от того, что он предпримет в этом случае. Опять-таки, мы не знаем, чего ожидать от него или от нее, поэтому лучше не пренебрегать мерами безопасности.

— Ладно… У нас есть свободная гостиная, если вам удобно, можете располагаться…

Остаток вечера я провела за изучением баз данных, установленных в моем телефоне. Стас с Надеждой сперва разговаривали тихо, старались не входить в гостиную, и я видела, что мое присутствие их стесняет. Однако потом супруги привыкли к тому, что я нахожусь у них дома, поэтому занимались своими делами и не обращали на меня никакого внимания. Я несколько раз проверяла территорию поблизости дома Михеевых, но пока все было спокойно, никаких подозрительных людей я не обнаружила. Позвонила тете Миле и предупредила, что сегодня меня ждать не нужно, а затем стала проверять своих подозреваемых. Тетушка давно привыкла к тому, что во время работы я могу приходить домой поздно ночью или не приходить вовсе, поэтому лишних вопросов задавать не стала.

Первым делом я изучила информацию о водителе Надежды, Шарапове Алексее Владимировиче. Мужчина работал в модельном агентстве «Вирджиния» одиннадцать лет, зарекомендовал себя исполнительным и ответственным служащим, никаких претензий к нему никогда не было. К уголовной ответственности мужчина не привлекался, был женат двадцать лет и воспитывал двоих детей. Жена Шарапова, Елена, была моложе своего супруга на десять лет, младшей дочери Алексея Владимировича, Нине, исполнилось девять, старшей, Марине, – одиннадцать. Судя по биографической сводке, Шарапов вел тихую, спокойную жизнь, и пока я не знала, зачем водителю понадобилось убивать Стаса Михеева.

О домработнице Вере Алексеевне Князевой я узнала, что женщина одна воспитывала своего сына Егора: отец бросил женщину, когда та забеременела. Раньше Вера Алексеевна работала поваром-кондитером в ресторане, потом ушла оттуда в агентство по подбору домашнего персонала. Иными словами, стала работать домработницей. В семьях, где женщина занималась домашним хозяйством, о ней имелись только положительные отзывы. Егор Князев, сын Веры Алексеевны, жил отдельно от матери. Пятнадцатого апреля он приобрел два билета на поезд до Адлера – на себя и на некую Ингу Федорову. Обратный билет до Тарасова Егор купил на двадцать шестое мая, иными словами, сейчас он находился на отдыхе.

Заодно я решила проверить подруг Нади, о которых она мне рассказывала утром. Софья Игоревна Чугунова, с которой Михеева дружила в детстве, в настоящее время замужем за Петром Ивановичем Козловым. Софья работает учителем в школе, преподает русский язык и литературу, ее муж – директор мебельной фабрики «Мария». У супругов есть пятилетний сын Арсений. На мой взгляд, Софья меньше всего подходит на роль хладнокровной убийцы по прозвищу «кладбищенский сторож».

Не нашла я никакого компромата ни на Лизу Гаврилову, ни на кореянку Ким Мирэ. Не буду вдаваться в подробности, но ни у той, ни у другой не было никакого мотива совершать преступления. Пока у меня не имелось ни одного конкретного подозреваемого…

Я зашла в социальную сеть «Классворд», где Надя познакомилась с пользователем под ником «Юра Волк». Мою заявку в друзья он принял, но сообщения не написал. Сейчас Юра Волк был онлайн, я написала ему первой.