Книга Тайна по наследству, страница 77 – Марина Серова

— Но поняла, что хочешь быть тренером по плаванию! – вставила я, когда она взяла большую паузу.

Ольга рассмеялась:

— Нет, Женя, к этому я пришла не сразу. Но так как я занималась спортом, то бишь плаванием, то поняла, что мои навыки как-то можно объединить с медицинским образованием. Поэтому я решила стать спортивным врачом-реаниматологом. Я даже ездила в Москву, где повысила свою квалификацию на кафедре спортивной медицины. Устроилась у нас в один неплохой спортклуб, где мне по совместительству предложили вести секцию детского плавания. Позже я поняла, что тренерская деятельность мне тоже очень нравится, и уже стала тренировать взрослых на индивидуальных занятиях. Ну а дальше… не вдаваясь в подробности, у нас пять лет назад открыли «Апельсин», куда я и попала и где очень хорошо себя зарекомендовала. Вот теперь я фитнес-директор. Тренерской деятельностью я практически не занимаюсь, но иногда веду грудничковое плавание и занимаюсь в бассейне с беременными. Именно эта тема мне сейчас очень интересна, я даже разработала свою авторскую методику, а в апреле была в Москве на «Велнес-конвенции» со своим докладом именно по этой теме. Ну вот, как-то так…

— Главное – найти свое место в жизни и заниматься тем, что тебе по душе, – подвела я итог.

— Согласна!

— А меня, значит, ты потренировала в бассейне в качестве исключения, – с улыбкой заметила я.

— Женя, тебя я готова тренировать в бассейне всегда! Ты реально исключение! Так что давай уже становись членом нашего клуба, и я жду тебя в бассейне. Хотя бы раз в неделю.

— Уговорила, – так же с улыбкой ответила я.

Несколько минут мы сидели молча, всматриваясь в гладкую поверхность озера и далекое зеленое пространство, раскинувшееся на противоположном берегу. Видимо, каждый в этот момент думал о чем-то своем, глубоком и сокровенном.

— Знаешь, Женя… – неожиданно заговорила Ольга, ее лицо было сосредоточенно, а всегда веселые глаза неожиданно выдали тоску и легкое смятение. – Я сейчас думала о том, что, если бы я могла творить чудеса, первое, что я бы сделала, это выкорчевала из людей жестокость. Уничтожила бы вообще то место в организме, где рождается это страшное чувство. Глупо, правда?..

— Почему же глупо? Я уверена, что каждого человека… имею в виду человека с Душой, посещают подобные мысли. Я постоянно об этом думаю, ибо мне в силу моей профессии часто приходится сталкиваться с человеческим злом и жестокостью…

— И как ты с этим только справляешься?

— Наверное, я привыкла. Хотя нет… привыкнуть к этому невозможно. Скорее, просто смирилась. Но, по возможности, я стараюсь это зло пресекать, чтобы его стало меньше…

— У тебя есть для этого все возможности. И, видимо, это твое предназначение. А я… Я так не могу, поэтому мне хочется быть волшебницей, чтобы искоренить все зло в мире. Знаешь, Жень… я вот именно сейчас подумала о своей сестре. О Сашке. Да, у нас разные матери, мы абсолютно разные, даже внешне… И такие разные судьбы. Я не видела ее маленькой, ибо она старше меня на несколько лет. Но я часто представляю ее маленькой девочкой, с копной рыжих волос, непослушной и своенравной, которую постоянно лупит ее неуравновешенная мать. А та лишь терпит, сжав зубы и затаив в душе злобу, чтобы потом выместить ее на других, слабых и беззащитных. Может, так и рождается жестокость? Все идет из детства, от воспитания… Или же нет? Может, таких бесполезно воспитывать, они из другого теста, их можно лишь отторгнуть от общества, заперев в клетку. Что, собственно, и произошло. Судьба дала ей свободу, а она воспользовалась ею неправильно. К чему все это привело?.. Женя, я пыталась в детстве найти с ней общий язык, но не получилось. Я же приезжала сюда только летом, поэтому весь год мы с сестрой не виделись. А когда приезжала… Я тянулась к ней, хотела дружить, общаться, но с ее стороны были холодность, какая-то злость, зависть… Да и баба Валя еще масла в огонь подливала, говоря: «Не общайся с ней, она дурная!» А мне тогда было ее жалко, и я нисколько на нее не сердилась. И даже где-то в глубине души я ею восхищалась и слегка ей завидовала. Да-да! Она не была красоткой, но у нее всегда была изумительная фигура, и эти рыжие густые локоны сводили меня с ума. Ей не надо было заниматься спортом, чтобы идеально выглядеть, она уже от природы была такая. А ее своенравие, непослушание, свобода… Я тогда была не такая, я ощущала себя гаденьким утенком, пухленькой, невзрачной, невысокого роста и с обычными темно-русыми волосами, стянутыми в жалкий хвостик. Да уж… как говорится, каждый завидовал тому, чего нет у него.