Книга Тур в никуда, страница 12 – Марина Серова

— И он согласился? – спросила я. – Постойте, Таисия Ивановна, Лиза все ему рассказала? Ну, для чего нужна эта свадьба? И сама сделала предложение?

— Ой, не знаю, как все именно произошло. Не думаю, что Лизонька действовала так уж напрямую, все-таки они много лет были знакомы, считайте, с самого детства почти. Что касается Владика, как я уже говорила, у него были к Лизоньке самые настоящие чувства. В общем, свадьба с фотосессией состоялась, были гости, молодые даже поехали в свадебное путешествие, благо Георгий Валентинович в это время отсутствовал, ну а потом…

— Понятно, они развелись, – сказала я. – Ведь фотосессия с диадемой проведена.

— Да нет, они вроде бы и не торопились расставаться, но вернулся Георгий Валентинович и… Да, забыла сказать, что еще до свадьбы отец Владика скоропостижно скончался. Он ведь был уже в возрасте. Оказалось, что финансовые дела пришли в упадок, и Екатерина Дмитриевна с сыновьями вернулась в городскую квартиру. Владик к тому времени с отличием окончил университет, стал хорошим специалистом, его даже приглашали в заграничные университеты читать лекции. Насколько я знаю, он теперь содержит мать и брата.

Выслушав Таисию Ивановну, я подумала, что, возможно, к похищению причастен бывший супруг Новохатской. А что? Если с ним так обошлись и Елизавета, и ее отец, то можно понять желание парня отомстить.

Я уточнила у Владимира адрес Владислава, и шофер отвез меня в один из спальных районов столицы.

Дом, в котором проживал бывший муж Елизаветы Новохатской, представлял собой типичный «человейник», однако весьма комфортно обустроенный. На территории двора были высажены деревья и даже разбито несколько клумб с цветами. Ну, и, конечно же, детская площадка с горками и качелями.

Я позвонила в домофон, в ответ раздался резкий женский голос с визгливыми нотками:

— Чего надо?

— Я к Владиславу Владимировичу, – ответила я.

Послышался какой-то шум, потом к визгливому голосу присоединился еще один, но дверь подъезда открылась.

На лифте я поднялась на пятнадцатый этаж и вышла из кабины. С левой стороны от лифта дверь в тамбур была открыта, в просторном коридоре весьма эмоционально разговаривали две женщины. Одна из них, дама лет пятидесяти, в шелковом халате, расшитом драконами, держала зажженную сигарету с мундштуком и пускала замысловатые кольца дыма почти в лицо другой женщины примерно такого же возраста, одетой в элегантные домашние брюки и тонкий свитер.

— Екатерина Дмитриевна! – воскликнула женщина. – Это просто неслыханно! От вашего табака у меня начинается приступ астмы! Курите у себя дома! Почему это надо обязательно делать в месте общего пользования?

— Вот вас, Виктория Викентьевна, я и забыла спросить, где мне дымить! – с вызовом ответила мать Владислава и обратилась ко мне: – Вы, что ли, к Владиславу?

— Да.

— Проходите. – Она чуть посторонилась, пропуская меня.

Я прошла в большой холл, хранивший следы недавнего, хорошо сделанного ремонта, и остановилась, не представляя себе, куда идти дальше. Но тут из одной комнаты вышел заспанный молодой мужчина лет тридцати.

— Мам, нельзя ли потише? – крикнул он и, увидев меня, уже тише спросил: – Вы ко мне?

— Если вы Владислав Владимирович Агафонников, то к вам, – ответила я.

— Да, это я, – подтвердил он, – извините меня за мой вид, я только что вернулся из Нью-Йорка, отсыпаюсь. А кто вы и по какому вопросу?