Книга Помощница палача, страница 45 – Марина Серова

Со стороны зрителей раздался то ли осторожный возглас, то ли восхищенный выдох. Я обернулась, а потом с олимпийским спокойствием вернулась к процессу завязывания шнурка. Что позволило поверженным врагам взять себя в руки, подняться и ретироваться темпом, которому позавидовали бы выдающиеся спринтеры.

— Я так испугалась, – пробормотала Алина, подходя ближе.

— Зря, ты же видела, наши дамочки не имеют к нападению никакого отношения. – Я кивнула на вытянутые лица Риммы Петровны, Марии, а также их помощниц. – Пойдем завтракать, а то снова влетит за то, что отряд задерживаем.

— Мне показалось, что ты намеренно дала им уйти.

— А что, ты полагаешь, мне нужно было делать? Убить их здесь? Представь только, какие обороты может набрать эта история, если о ней станет известно начальству лагеря! И если к тому же будут веские доказательства потасовки.

— Но ты думаешь, что нападали специалисты, прямо как ты?

— И возможно, это были мои коллеги, – усмехаясь, кивнула я.

— Почему ты так думаешь?

— Узнаю технику, кроме того, пробрались ловко и нагло, а также прикрыли лица.

— Полагаешь, они могут быть твоими знакомыми?

Я пожала плечами:

— Все может быть. Не от камер же они лица прикрывали. Кстати, этот проход между домами не просматривается ни одной камерой, это они тоже успели узнать. Так что сработали грамотно. Ловко и дерзко устроили засаду, кто ж ожидает подвоха ранним утром? Так что это настоящие специалисты, сомнений быть не может.

— Значит, тебя все же попытались убить, – мрачно констатировала Алина.

— Ага, – безразличным тоном подтвердила я.

— И времени прошло не так уж и много.

Я пожала плечами:

— Возможно, сообщение друга сюда шло дольше, чем он мог надеяться. Так что сколько у них ушло времени на подготовку, уже не узнаешь. Ясно одно – это еще не конец.

— Значит, побег? – уточнила Алина.

— Тсс, – прошипела я, – тише, пожалуйста, и осторожней с некоторыми словами. Тут кругом любопытные уши.

— Да, прости.

Во время завтрака мы продолжали обмениваться репликами, но обыденными и ничего не значащими. Обсуждать нечто важное в столовой было и правда небезопасно.

Во время рабочей смены не произошло ничего примечательного. Разве что другие женщины посматривали на меня с явным любопытством и некоторой опаской. Многим здесь я внушала настоящий страх. Но некоторые искренне полагали, что такая особа, как я, заслуживает всего, что с ней происходит или произойдет. Ибо заступаться за таких заключенных, как Алина Полякова, себе дороже. А игнорировать руку, протянутую обществом, откровенно плевать на советы, да еще и угрожать в ответ и вовсе означает собственноручно копать себе могилу.

Но, разумеется, мне никто этого не говорил, окружающие лишь красноречиво молчали. И только Ольга, которая обучала меня основам мастерства и чувствовала некую ответственность за меня, решила спросить:

— Женя, ты прости меня, возможно, я лезу не в свое дело, но все же хочу знать. Потому как совсем ничего не понимаю.

— Конечно, о чем вы хотите спросить?

— Похоже, у тебя неприятности. И ходят слухи, что произошло какое-то странное нападение, загадочное даже. Это правда?

— Да, это точно, но я в порядке.

— Вижу, и, кажется, эти люди были не из наших?

— И это бесспорный факт, – снова согласилась я, – но это ведь не тот вопрос, что вы собирались задать?