Книга Преступные мелочи жизни, страница 61 – Марина Серова

— Ты радуешься тому, что станешь носить шубу из меха убитых животных? – свистящим шепотом спросила бабка, словно говоря какую-то непристойность.

— Ну, бабушка! – с досадой воскликнула Вика. – Опять ты за свое! Уж сейчас-то это совсем перебор!

— Ничего не перебор! – начала наступать бабка. – Твоя мать занимается аморальным бизнесом! А ты ее поддерживаешь в этом!

Лариса перевела взгляд со свекрови на дочь, потом на меня, хотела что-то сказать, но только развела руками, не находя слов. Алевтина Робертовна же продолжала свою обличительную речь.

— Это совершенно не укладывается в голове! Так могут поступать лишь абсолютно бессердечные люди! – звенели ее фразы, разносясь по дому. – Это…

— Что у вас тут происходит? – послышался недовольный голос.

В дверях кухни, морщась, стоял Аркадий Николаевич. Он был взъерошен, в помятой пижаме. Лицо его, честно говоря, было под стать ей. Оглядев женщин не очень дружелюбным взглядом, он прошагал к стоявшему на подоконнике фильтру с чистой водой, налил себе полный стакан и залпом выпил его. Потом растер руками виски. Вид у него был болезненным.

— Я объясняю твоей жене и дочери, что они ведут себя недопустимо! – принялась апеллировать к сыну Алевтина Робертовна. – Одна занимается тем, что зарабатывает деньги на несчастных животных, а вторая ей потакает! Ну, ладно, Вика, она еще молодая и поступает так по неопытности! Но Лариса-то должна соображать, что делает из своей дочери преступницу! Аркадий, ну ты хотя бы скажи! Ты, в конце концов, муж и отец!

— Да в чем дело-то? – раздраженно буркнул Ясенев, открывая навесной шкафчик.

Он достал из него прозрачную коробку с лекарствами и принялся копаться в ней. Наконец нашел какие-то таблетки, бросил две из них в стакан с водой, отчего та сразу зашипела и вспенилась, поболтал круговыми движениями и снова выпил.

Бабка тем временем терпеливо объясняла, в чем состоит суть аморального поведения внучки и невестки. Ясенев слушал вполуха – ему явно были по барабану эти проблемы.

— Ну и что? – мрачно спросил он, когда бабка закончила и выжидательно уставилась на него, уверенная в поддержке и защите.

— Как это что? – всплеснула руками Алевтина Робертовна. – Это преступление! Люди зарабатывают деньги на жизнях животных! Ты дал деньги своей жене, чтобы она занялась делом, а она открыла этот преступный бизнес! Лучше бы ты дал их мне, я бы пустила их на благое дело, на помощь нашим меньшим братьям! – Драматизм в голосе Алевтины Робертовны достиг апогея. – Кстати, в этом месяце мне надо двадцать тысяч на корм и прививки от гриппа. Деньги нужны сегодня. И еще оплати услуги ветеринара, – неожиданно завершила она совершенно другим, вполне будничным и категоричным тоном и уставилась на сына, явно ожидая немедленного удовлетворения своих требований.

— Блин, как же вы меня все достали! – неожиданно взорвался Ясенев.

Он грохнул кулаком по столу так, что на нем подпрыгнул стакан, потом резко поднялся, зацепив ногой табурет, и, опрокинув его, быстро прошагал к лестнице. Поднявшись по ней, он с треском захлопнул дверь в свою комнату.

Повисла тишина. Алевтина Робертовна тяжело опустилась на табурет и приняла вид оскорбленной добродетели. Вика молча подняла уроненный отцом табурет и поставила его к столу.