Книга Проделки обезьян, страница 6 – Марина Серова

Девушка махнула рукой куда-то в сторону, и на экране показались низкие столики, на которых ровным слоем были разложены какие-то коричневые шарики. Кофейные зерна, что ли? Вроде бы непохоже.

— Это не просто шарики или деревянные бусины, как вы могли подумать, на моей ладони сейчас окажется … кофе, – девушка подошла и, взяв горсть шариков, пересыпала ее себе с руки на руку. – Именно этот кофе считается лучшим в мире, а его цена, к примеру в Европе, достигает четырехсот долларов за один килограмм. Ценители кофе во всем мире признают, что именно его вкус и аромат наиболее изысканны и превосходны.

Я поежилась. Четыреста долларов по сегодняшнему курсу – это тридцать семь тысяч рублей – отдать такие деньги за килограмм кофе? Да ни за что в жизни. Хоть я заядлая кофеманка, но на такой отчаянный поступок ради любимого напитка не способна. Мне есть куда деньги тратить.

— С дуба вы там, что ли, рухнули? Или с пальмы? – Милу, видимо, тоже поразила названная стоимость. – Интересно, чем же он так хорош?

Словно услышав нас, блогерша продолжила свое повествование:

— Секрет изготовления этого кофе таится в самом названии: индонезийцы называют мусанга луваком, а кофе – копи. Что произойдет, если соединить мусанга и кофе? Догадываетесь, как же все-таки они его делают? Нет? Тогда слушайте внимательно.

Мы с Милой даже сели ровнее в этот момент, боясь пропустить хоть одно слово. Я подумала, может, зверьки как-то его унюхивают и по особому запаху приводят туда, как проводники, своих хозяев?

Я хотела развить свою мысль, но именно в этот момент девушка-блогер четко и раздельно произнесла ту фразу, что повергла нас с тетушкой в еще более шоковое состояние.

— Вот эти милые мусанги поедают кофейные ягоды, а после избавляются от них самым естественным образом – ходят в туалет. И как раз в процессе пищеварения ягоды обрабатываются теми ферментами, которые и придают этому кофе неповторимый вкус. И как вы заметили, – девушка обвела рукой то пространство, где она сейчас стояла, а мы увидели еще несколько низких столов, – фермеры собирают то, что сделали мусанги, сушат, промывают, снова сушат, а после этого будут обжаривать.

— Тьфу, – Мила резко выплюнула конфету, которую только что взяла, себе в ладонь. – Придумают же гадость всякую. Кофе из… из фекалий. Никогда в жизни больше не возьму в рот эту гадость.

— Мила, – я поспешила успокоить ее, – чтобы купить крохотную баночку именно такого кофе, как раз потребуется потратить все то, что ты откладывала на покупку своих рукодельных штучек.

И словно в подтверждение наших слов блогерша сказала:

— Да-да, вы все правильно поняли – «копи лювак» изготавливают из какашек мусангов. А вот дороговизна такого кофе обусловлена тем, что из целого килограмма ягод, скормленных мусангам, получается всего лишь пятьдесят граммов подходящих зерен.

Мила снова возмутилась:

— Да кому же в голову могла прийти такая мысль дурацкая? Где же это видано, чтоб употреблять такие зерна в пищу?

— Мила, да вряд ли это известно. Какому-нибудь гурману, который перепробовал все, что только можно, или, наоборот, очень голодному человеку, которому все равно, что в рот нести.

Блогерша уже гладила мусанга, который восседал у нее на плечах и тыкался длинным носом в правое ухо, и продолжала свой рассказ: