Книга Сенсация на крови, страница 68 – Марина Серова

Рубиновая скорчила мне гримасу и покачала головой.

— Хорошо, Станислав Родионович, я поняла вас. А могу ли я попросить вас кое-что разъяснить в самой статье? – Рубиновая заговорила мягче, этак просительно. Мол, помогите, не могу справиться! – Мне не все понятно в этих терминах. Увы, без соответствующего образования тут никак, да и ваш опыт…

— А что конкретно вам непонятно? – Доктор немного насторожился.

— В статье, помимо механизма действия обезвреженного бензпирена, также объясняется действие бензпирена вообще, ну, насколько быстрее он усваивается, чем те же нир… нирто…

— Нитрозамины? – с облегчением поправил Брагин.

— Да, они самые! Я еще готовлю общую передачу о вреде табака, хочу сделать упор на излечение зависимости от табакокурения! – Лидия Ильинична врубила «радостный наивняк» на полную катушку, разве что глаза не распахнула и не похлопала ресницами. – И хотела бы уточнить у вас, как у компетентного лица, доктора и биохимика, ну, все-таки вы в комитете по здравоохранению… так вот, эффективнее никотинзаместительная терапия или препараты, типа варениклин или бупропион…

Госпожа продюсер щебетала в таком духе еще минуты две или три, уведя цель встречи к более безопасным темам, напирая на общую полезность и здравоохранительные меры.

В результате разговор с доктором Брагиным закончился на самой приязненной ноте. Доктор готов был дать разъяснения по статье уже сегодня и время назначил ближайшее.

— Юхня какая-то, – сказала моя клиентка, едва разговор закончился.

— Поясните? – удивилась я.

Мы разговаривали тихо, но прослушки не опасались: я установила в кабинете Рубиновой одну из своих специальных «глушилок». Но и без того мы старались не говорить чего-то особо секретного. Либо говорили намеками.

— А вот хотя бы по статье. Эти научные издательства… знаю я их. Будь эта статья предварительная, там в начале была бы ремарочка от редакции, мол, исследования продолжаются, и тэ дэ, и тэ пэ. А нет, все по-серьезному, и без примечаний в таком духе. Я-то знаю, потому что Ленька и раньше там печатался и очень ругался, говорил, им надо, чтоб все железно проверено было, чуть ли не каждая запятая. Так что враки это все. – Рубиновая потянулась и бросила взгляд на часы. – Наш доктор сдрейфил немного, вот и все.

— Будем надеяться, до него еще не добрались, – предположила я. – Думаете, вам удастся взять у него интервью… на ту тему?

— Очень на это надеюсь и приложу все возможные усилия. У него еще жена есть, в отличие от Иваныча. Как бы не встряла. – Рубиновая начала собираться, потом кинула взгляд на мою прическу. – У тебя… ну, это, цифровое… с собой?

Я лишь кивнула. Я так привыкла к диктофону в гуще пышно взбитых волос, что помещала его туда уже машинально, по привычке.

— Жена у него, кстати, по растениям специализируется, ботаник, насколько помню. Может, скажет что полезное, про тот же табак…

Рубиновая говорила на ходу и не глядя толкнула дверь кабинета наружу.

— Ой! – Снежанна Денисовна оказалась на полу коридора, непрезентабельно упав на задницу и сжимая обеими руками свои бумаги и папки. – Лидия Ильинична, что же вы! Чуть не зашибли!

— Ну, не убила же? – беззлобно пошутила Рубиновая.

Она хотела разрядить обстановку. Но верная ассистентка на сей раз ее не поддержала. Кое-как поднялась, хмурясь и опять обойдясь без моей, вполне искренне предложенной, помощи. Ну, на третий раз уже не предложу.