Книга Криминальный оракул, страница 14 – Марина Серова

Длинновата дорожка выходила до непосредственного объекта охраны. Лишняя трата времени, причем без оплаты. А это я не люблю еще больше, чем недостаток сна. Если над вероятным охраняемым объектом так трясутся, что я должна переговорить с десятком человек, прежде чем меня представят лично… на фиг надо!

Кажется, Соколов смутился. Или счел нужным показать, что он смущен.

— Клиентом вы считаете того, кого охраняете, или того, кто оплачивает ваши… вашу работу? – замялся он.

— Кто платит, тот и клиент. Если платите вы, то вы клиент, и я работаю на вас.

— Прекрасно! – Он с облегчением улыбнулся. – В таком случае я – ваш клиент. Охрану Василисы Ефимовны оплачиваю я.

— Не торопитесь, – мягко возразила я. – Я еще не сказала «да». Для начала, я надеюсь, вы познакомите меня с госпожой Комаровой?

— О, конечно, не прямо сейчас, но…

— А когда, Артур Лаврентьевич? Обычно мое собеседование – это только одна встреча. В идеале сразу и с клиентом, и с объектом. Из уважения к нашему общему знакомому я согласилась на вторую. Похоже, намечается третья. Вы не усложняете?

— Она придет. – Соколов вновь говорил уверенно. – Буквально через десять минут. Василиса Ефимовна не самый простой человек, и угодить ее запросам сложно. Не всякий телохранитель ей подойдет. Она составила список требований. Вы подходите почти идеально.

— Ладно, допустим. – Я поджала губы, показывая, что не одобряю сложившуюся ситуацию. – Надеюсь, мне дадут поговорить с ней лично? Я должна знать, с кем, возможно, буду работать.

Мой клиент уловил только предпредпоследнее слово.

— Возможно? – умоляюще переспросил Соколов. – Евгения Максимовна, это вопрос жизни и смерти!

— Как обычно, – кивнула я. – Давайте по порядку, но сначала…

Я огляделась вокруг и заглянула через перила галереи вниз, на второй этаж. На галерее никого, кроме нас с Соколовым, не было. Но на втором этаже было довольно людно, доносился шум голосов и звук щелчков фотокамер. Ладно, вроде можно говорить.

— Вчера я имела сомнительное удовольствие познакомиться с неким Антоном Владиславовичем Маковым. – Я смотрела Соколову в лицо – оно прямо на глазах становилось более жестким, даже хищным. – Худой такой, длинный, весь в веснушках. Работает на одну влиятельную организацию и, как я убедилась, тот еще мастер маскировки. Вчера подарил вам цветы в корзине. Вроде имеет на вас во-о-о-от такой зуб.

— О, Евгения Максимовна, это не ваша проблема. Совсем не ваша. Не извольте беспокоиться. – С таким лицом, как сейчас у Соколова, один из моих коллег по «Сигме» вынужденно застрелил на задании напавшего на него пленного террориста.

— Я убедилась, что он весьма пронырлив. Вы уверены, что он, скажем, не подслушивает прямо сейчас?

Соколов вместо ответа наклонился через перила галереи и громко хлопнул в ладони два раза подряд. Эхо усилило звук хлопка.

Посетители на втором этаже под галереей почти одновременно подняли головы, уставившись на нас, и помахали руками. Затем показали большие пальцы – все, мол, в порядке. И вернулись к своим занятиям.

Выглядело жутковато, словно это были роботы или зомби. Некоторые из этих людей были внизу, возле касс, кое-кого я видела в книжном магазине возле Соколова, перед встречей.

Ему был нужен человек из Тарасова, здесь у него связей нет, вспомнилось мне из разговора с Арцахом. Вах, дорогой, до чего же вы ошибались. Даже меня маленько пробрало.