Книга Меч правосудия, страница 26 – Марина Серова

Я аккуратно шагаю и упираюсь в высокий каменный уступ, через который без особых усилий перелезаю, Макс следует за мной.

Вот оно. Мы упираемся в стену, но не литую, а сооруженную из груды обвалившихся камней. Если камни обвалились, то их можно и разобрать, но придется постараться, а дышать становится все тяжелее и тяжелее.

— Ты чувствуешь?

— Да, по ту сторону должен быть проход наружу.

— Или в очередную пещеру Арталона.

— Лишь бы можно было продохнуть. Мне кажется, я сейчас потеряю сознание.

— Присядь, но не облокачивайся на камни. Тебе надо немного прийти в себя, а я начну разбирать завал. Концентрируйся на своем дыхании, если будет туго, садись и отдыхай.

— Я помогу тебе.

— Без сознания или при смерти ты мне не помощник.

— Хорошо. Удачи.

Я приступаю к разбору с самого верхнего камня, до которого мне позволяет достать мой рост. Там камни расположены далеко – не могу разглядеть в кромешной мгле, но передо мной, очевидно, куча камней. И ее нужно разобрать.

Один кирпич сменяется другим, Максим поочередно встает и немного подключается к работе, но очень быстро снова берет паузу – мы теряем кислород быстрее, чем я рассчитывала.

«Хоть бы там был выход, пожалуйста. Я не могу умереть так глупо».

В меня неоднократно стреляли, я сражалась с лучшими наемными убийцами мира, меня похищали, пытали. Из всех переделок я выбралась живой. Я получала легкие и тяжелые ранения от огнестрельного и холодного оружия. Карьера телохранителя Жени Охотниковой не может закончиться вот так.

Завалу будто бы нет конца. Я откидываю один камень за другим, но куча не уменьшается. У меня сдают нервы, и я начинаю перекидывать камни в очень быстром темпе – роковая ошибка, я расходую слишком много кислорода.

Стоп. Максим давно не давал о себе знать.

— Макс. Максим. Очнись! – Я подхожу к сидящему неподалеку Максиму Волкову.

Он без сознания и еле дышит. Пульс едва прощупывается. Сейчас его мозг подает организму импульсы работать медленнее, то есть он сохраняет кое-какую энергию, но все равно в таком состоянии невозможно долго протянуть.

«Ну что, Женя, остался последний рывок – нужно разгрести как можно больше камней, веруя в то, что за ними – спасительный выход».

Чем интенсивнее я работаю, тем больше убеждаюсь, что выхода нет. В глазах темнеет – какая ирония, ведь в пещере и так кромешная тьма. Но я различаю пребывание в темном помещении от полуобморочного состояния.

«Все, я отключаюсь. Похоже, телохранителя Евгению Охотникову все же ждет бесславная смерть».

Когда я уже перестаю надеяться на что-либо, а в легкие практически не поступает воздух, верхний камень падает вниз, задев мое правое плечо. Я не обращаю внимания на боль и практически не чувствую ее, но, уверена, при других обстоятельствах мне было бы невероятно больно. За тем камнем я вижу луч света. Он ослепляет меня, я пытаюсь просунуть лицо поближе к отверстию, но окончательно выбиваюсь из сил и скатываюсь вниз. Я слышу крики каких-то людей, но не разбираю ни слова из того, что они говорят. Мне хватает сил понять, что незнакомцы принялись быстро выгребать камни.

«Это может быть нашим с Максимом спасением», – такая мысль проносится у меня в голове, прежде чем я теряю сознание.

Я прихожу в себя, и первым делом мне кажется, что это какой-то сон – огромный человек перебросил меня через плечо и спускается со мной вниз по горе. Мы замыкаем колонну из нескольких человек, пока не сосчитала, сколько их конкретно. Впереди еще один великан таким же образом несет Макса.